Меры пресечения ждут перемены — советы опытного юриста

Если вам в качестве наказаний были назначены домашний арест или заключение в тюрьму, то при наличии основания для изменения меры пресечения на более мягкую у вас есть шансы на то, что вам назначат залог или подписку о невыезде. Что это за основания и каким образом они применяются на практике? Об этом мы и поговорим в статье.

Краткое содержание ст. 110 УПК РФ с ми

Эта статья состоит из четырех пунктов, каждый из которых трактует тот или иной вопрос касательно избрания, изменения и отмены мер пресечения. В первом из них указано условие для отмены меры — если в ней уже не усматривается необходимости.

В нем же говорится о том, что изменение меры возможно, когда меняются и сами условия ее использования, которые представлены в ст. 97 и 99 вышеназванного Кодекса.

В ч. 1.1 разъясняется, что при наличии каких-либо тяжелых заболеваний, подтвержденных в результате медицинского освидетельствования, гражданин подлежит освобождению из тюремного заключения, а его наказание изменяется на более мягкое. Список болезней утверждается Правительством РФ. По сути они представляют из себя те, что несут прямую угрозу жизни человека.

В течение трех дней с момента получения копии медсвидетельства следователь или суд должны принять решение об изменении меры пресечения по УПК РФ. В ч. 2 еще раз подчеркивается данное правило.

В третьей же части разъясняется, что если следователь или дознаватель использовали против гражданина одну из мер с согласия своего руководства или прокурора соответственно, то только они вправе изменять ее или полностью отменять.

Немного о порядке избрания мер пресечения

Подобные виды наказаний используются в отношении тех, кому еще не был вынесен обвинительный приговор, и тех, кого только считают злоумышленниками. Они применяются в следующих целях:

  • предотвратить преступную деятельность граждан в дальнейшем;
  • не дать им возможности скрыться от правосудия;
  • обеспечить проведение расследования без вмешательства возможных правонарушителей.

Меры заключаются во временном ограничении прав подозреваемого в той или иной мере, но в рамках действующего законодательства РФ. Они используются тем сотрудником правоохранительных органов или суда, в ведении которых находится дело.

Важно! Только при наличии подозрений у них о том, что возможный злоумышленник может сбежать или попытается противодействовать следствию, они вправе использовать такие меры. Тяжесть самого обвинения не может быть основанием сама по себе.

Основания должны быть объективными и мотивированными. Сотрудники правоохранительных органов могут угрожать применением мер к свидетелям или возможным преступникам, но такие угрозы могут быть и вполне беспочвенными. Тем более что для их использования им понадобится разрешение со стороны их начальства.

Меры пресечения ждут перемены - советы опытного юриста

При решении вопроса выбора используемой меры учитываются и такие факторы:

  • тяжесть предъявленных обвинений;
  • его характер и степень общественной опасности;
  • способ совершения правонарушения и его обстоятельства;
  • мотивы и цели злодеяния;
  • наличие судимостей у лица;
  • личность самого гражданина и т.д.

Закон никак не ограничивает этот список, поэтому могут приниматься во внимание и прочие факторы.

Об использовании той или иной меры оформляется документ, в котором обязательно должны быть указаны основания. В нем отражается информация касательно преступления и личности самого гражданина. Копия передается ему или его официальному представителю.

Если же требуется использовать меры, ограничивающие лицо в его конституционных правах, то на это уже потребуется санкция суда. Только он вправе принимать подобные решения.

Основания для отмены/изменения меры пресечения на более мягкую

Для того чтобы следователь или суд смогли утвердить постановление об изменении меры пресечения, им потребуются на это определенные основания. Они представляют из себя следующее:

  • первоначальное решение об использовании меры было признано противоправным;
  • уже не существует необходимости ее применения;
  • нет общих факторов для того, чтобы продолжать ее применять (дело или преследование лица были прекращены, вынесение оправдательного документа или иного постановления, не связанного с наказанием, начал действовать обвинительный приговор, наличие факторов для прекращения дела по нереабилитирующим основаниям);
  • не существует специальных условий для выполнения меры.

К последним относятся:

  1. Истек законный период для задержания гражданина при отсутствии предъявления ему законного обвинения (10, а затем 30 дней).
  2. Отказ его или его представителей от своих обязательств при использовании психологически-принудительных мер.
  3. Военный утрачивает свой статус при наблюдении командования воинской части.
  4. Лицо достигло 18-летия при присмотре за подростком или ребенком.
  5. Период содержания под стражей превысил полагающийся по закону.
  6. Гражданин имеет серьезное заболевание.

Только при наличии этих факторов возможна отмена меры пресечения или ее изменение. Однако существуют и определенные обязательные условия, без которых невозможно будет добиться смягчения наказания.

Необходимые условия

К ним относится отсутствие судимостей у гражданина. Это означает, что ранее он не преступал закон, а значит, не представляет высокую опасность для общества.

Меры пресечения ждут перемены - советы опытного юриста

Также тщательно анализируется и сама личность гражданина. На практике, если у человека есть работа, жилье и семья, то у него очень высокие шансы на то, чтобы ему смягчили ранее назначенную меру. Желательно иметь и положительные характеристики с места работы.

Само собой, он не должен нарушать условия выполнения этой меры, иначе не стоит даже и рассчитывать на какое-либо послабление со стороны властей.

На смягчение можно рассчитывать и в случае, если появились новые обстоятельства, которые исключают необходимость использования меры. Например, выяснилось, что у гражданина есть железное алиби и он просто не может быть как-то причастен к совершению правонарушения.

Основания для изменения меры пресечения на более строгую

Из них можно выделить следующие:

  • гражданин попытается совершить процессуальное правонарушение;
  • ранее определенная мера уже не способна обеспечить надлежащего поведения лица;
  • существует необходимость исполнения приговора, когда возможное наказание отягощается (при выдвижении более серьезного обвинения);
  • гражданин нарушил условия исполнения ранее назначенного ему наказания.

Если имеется хотя бы одно из вышеуказанных условий, гражданину будет определено более строгое наказание.

Наличие судимостей и отсутствие работы или постоянного места жительства также могут стать теми факторами, которые повлияют на решение следователя или суда ужесточить ранее определенную меру.

Образец ходатайств (общий)

  • В реальных условиях очень часто подобные документы отклоняются следствием или судом, так как составлены неправильно или не имеют каких-то объективных оснований для смягчения меры.
  • Скачать образец ходатайства об изменении меры пресечения.
  • Не следует оформлять такие документы в следующих ситуациях:
  1. Подача касается приговора, еще не вступившего в законную силу.
  2. Не существует правомерных оснований для снисхождения со стороны правоохранительных органов или суда.

  3. Отсутствуют смягчающие обстоятельства.

При составлении подобной бумаги лучше следовать элементарным правилам оформления любого заявления. Также следует избегать любых ошибок и помарок.

Лучше всего обратиться для ее составления к профессиональному юристу.

В тексте самого документа не нужно касаться такого вопроса, как несправедливость судебной системы, или опускаться до оскорблений в адрес следователя или суда. Вместо этого лучше обосновать причины, по которым вы полагаете, что вы или гражданин, вами представляемый, действительно вправе рассчитывать на смягчение ранее обозначенной для него меры.

Меры пресечения ждут перемены - советы опытного юриста

Нужно также указать смягчающие обстоятельства, если они у вас имеются. К ним можно отнести: наличие работы и места проживания, семьи и маленьких детей и т.д.

Следует несколько раз проверить сам документ перед непосредственной его подачей.

Рассмотрение документа может занять около трех суток, но в реальных условиях иногда это требует еще больше времени. Он подается на имя того, кто выносил само постановление.

В случае отмены прошения гражданин вправе пожаловаться в вышестоящие органы, но только если на это у него есть уже другие основания. Также это может сделать другое лицо вместо самого гражданина при наличии тех же самых факторов.

Заключение

При применении к гражданину, которого считают злоумышленником, одной из мер пресечения он вправе подать документ о смягчении назначенной ему меры. Для этого у него должны быть правомерные основания или какие-либо смягчающие обстоятельства, иначе оформление подобной бумаги будет бессмысленно. Ее просто сочтут недостаточной для того, чтобы изменить меру, и оставят все без изменений.

Меры пресечения: 5 главных проблем и их решение

Меры пресечения ждут перемены - советы опытного юриста

Свежая статистика Верховного суда показывает, что в 2015 году количество удовлетворенных ходатайств об избрании содержания под стражей в качестве меры пресечения увеличилось почти на 6% (7568) до 140309 случаев. Арест как самая популярная мера пресечения в России не сдает своих позиций, более того — применяется чаще.

Читайте также:  Уголовная ответственность водителя - виновника ДТП - советы опытного юриста

Даже принятое в конце 2013 года постановление Пленума Верховного суда РФ о мерах пресечения — прогрессивное решение, основанное на практике Европейского суда по правам человека, не смогло изменить положения дел.

Сейчас ВС дорабатывает документ с целью упростить применение иных видов пресечения, но есть опасения, что благие намерения руководства исправить ситуацию «на земле» весьма незначительным образом отразятся на деятельности судов первой и апелляционной инстанций.

Основание для подобных выводов — данные судебной статистики[1].

Меры пресечения ждут перемены - советы опытного юриста

Как видно из таблицы, процент удовлетворенных ходатайств об избрании или продлении меры пресечения представляет собой своего рода константу, не зависящую от изменения нормативного регулирования.

Приведенные данные свидетельствуют о существовании устойчивых рутинных процессов в деятельности судов и правоохранительных органов.

Поэтому усилия реформаторов должны быть направлены не на корректировку постановления, а на кардинальное решение пяти главных проблем, связанных с применением в России мер пресечения.

Проблема № 1: дежурное обоснование

Зачастую, чтобы оставить обвиняемого под стражей, следователю или дознавателю достаточно просто перечислить основания, предусмотренные ст.

97 УПК РФ, или привести дежурные фразы о тяжести инкриминируемого деяния, необходимости проведения следственных действий и отсутствии у лица социальных связей.

Последнее — даже в тех случаях, когда у обвиняемого при отсутствии официально зарегистрированного брака и детей, например, есть родители, с которыми поддерживаются нормальные отношения. Есть, правда, и более оригинальные формулировки.
[tag:teaser:390]

Развернутый анализ доказательств, подтверждающих конкретные факты воздействия на свидетелей и потерпевших, уничтожения улик либо свидетельствующих хотя бы о наличии у обвиняемого таких намерений, почти никогда не дается. 

Проблема № 2: качество мотивировки

Постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Это устанавливает ч.4 ст.

7 УПК, а в определении Конституционного суда №42-О от 25 января 2005 года указано, что положения статей 7, 123, 125, 388 и 408 УПК не допускают отказ судов и иных правоприменительных органов и должностных лиц от рассмотрения и оценки всех доводов заявлений, ходатайств или жалоб участников уголовного судопроизводства. А мотивировки решений по ним должны содержать указания на конкретные, достаточные с точки зрения принципа разумности основания, по которым аргументы отвергаются.

На практике же подробно изложенные доводы защиты со ссылками на позиции ЕСПЧ и ВС хоть и приобщаются к материалам дела, зачастую остаются без должного внимания.

Например, ЕСПЧ неоднократно указывал: «отсутствие постоянных места жительства или работы не может служить основанием для опасений, что заявитель скроется или совершит новое преступление» (§54 постановления по делу «Сергей Медведев против РФ», жалоба № 3194/08).

Необходимость следственных действий с участием обвиняемого также «не может оправдывать содержание под стражей» (§86 постановления по делу «Миминошвили против РФ», жалоба № 20197/03).

Однако вопреки позициям ЕСПЧ, доводимым, кстати, до судов, в их решениях упоминаются всё те же доводы: имярек не имеет постоянного места жительства, официально не трудоустроен, необходимо провести следственные действия. В лучшем случае указывается, что сторона защиты ссылается на правовые позиции ЕСПЧ (конкретные причины, по которым суд не следует им, не излагаются), в худшем — не бывает и этого.

Точно так же суды относятся к норме, согласно которой заключение под стражу избирается при невозможности применения более мягкой меры пресечения (ч.1 ст.108 УПК). П.3 ст.

5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод также обязывает госорганы рассмотреть возможность применения альтернативных мер обеспечения явки обвиняемого в суд и объяснить в своих постановлениях, почему такие альтернативные меры не гарантировали бы надлежащий ход судебного разбирательства (§44 постановления «Щеглюк против РФ», жалоба № 7649/02). Однако мотивировка постановлений судов в части оценки применения альтернативных мер подчас ограничивается примерно такими фразами: «суд не находит оснований для избрания иной, более мягкой меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества» и т.п. При этом перечисленные в ст.97 УПК основания являются общими для всех мер пресечения, а подпадающие под них обстоятельства сами по себе не могут свидетельствовать о необходимости применения именно исключительной меры пресечения — заключения под стражу.

Проблема № 3: неверная квалификация

Еще одна проблема — отсутствие судебного контроля за предварительной квалификацией вмененного преступления. Практика показывает, что действия лица могут быть изначально квалифицированы по п.«б» ч.3 ст.

163 УК (это особо тяжкое преступление), ему избирается мера пресечения в виде заключения под стражу, ее срок продлевается более 8 раз, все попытки обжалования, сопровождающиеся указаниями на завышенную квалификацию, безуспешны. А через полтора года нахождения под стражей гражданин осуждается по ч.2 ст.

330 УК (это преступление средней тяжести), по которой продление срока содержания под стражей свыше 6 месяцев законом вообще не допускается.

Еще один пример — вменение при преступлениях, совершенных группой лиц, дополнительных составов (ст.209 или ст.210 УК), которые являются особо тяжкими, а значит «весомыми» для продления срока содержания под стражей. Тот факт, что в последующем дополнительные составы не подтвердятся, не имеет принципиального значения.

Подобная практика будет существовать до тех пор, пока суд не начнет анализировать предварительную квалификацию вмененного преступления для подтверждения ее хотя бы доказательствами, убедительными на первый взгляд.

Такой анализ не будет противоречить запрету на вхождение в обсуждение вопроса о виновности лица до вынесения итогового решения по делу, поскольку никаких выводов, имеющих преюдициальное значение для приговора, здесь сделано не будет.

Проблема № 4: «автоматическое» продление

Будучи избранной, мера пресечения в виде содержания под стражей продлевается в 98% случаев[2].

При этом в ходатайствах следователей и постановлениях судов зачастую приводятся те же основания, что использовались по этому делу и ранее, хотя ЕСПЧ в постановлении по делу «Пелевин против РФ» от 10 февраля 2011 года указал: «По прошествии времени первоначальные основания для заключения под стражу становятся все менее значимыми, и суды должны приводить иные относимые и достаточные основания, требующие продолжительного лишения свободы».

Сложившаяся ситуация отчасти обусловлена положениями ст.

110 УПК РФ, согласно которым «мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 настоящего Кодекса». Подобная формулировка позволяет обосновывать сохранение уже избранной меры пресечения ссылкой на то, что «основания для ее избрания не отпали и не изменились».

Проблема № 5: неэффективность обжалования

Обжалование постановлений судов о заключении под стражу и о продлении срока содержания под стражей не является сколько-нибудь результативным.

По официальной статистике Судебного департамента при ВС[3] (данных в целом за 2015 год пока нет) отмена или изменение обжалованных постановлений о заключении под стражу происходит примерно в 8-10% случаев, а о продлении срока содержания под стражей — в 6%.
Меры пресечения ждут перемены - советы опытного юриста

При этом отмена и изменение связаны, как правило, с неправильным исчислением сроков содержания лица под стражей судом первой инстанции или внесением иных — «редакционных» — правок в постановление без изменения его по существу, а отмена не означает в последующем изменения меры пресечения. В действительности же арест меняется на другие меры пресечения по результатам апелляционного обжалования еще меньше, чем упомянутые 8-10%.

В качестве примера можно привести данные из справки Саратовского облсуда за 9 месяцев 2014 года: из 222 обжалованных постановлений о заключении под стражу отменено или изменено было 24, в том числе с изменением меры пресечения на более мягкую (домашний арест) — 5. За тот же период из 318 постановлений о продлении срока содержания под стражей отменено или изменено было 16, в том числе без избрания иной меры — 1[4].

Можно возразить, что подобная стабильность свидетельствует о законности и обоснованности постановлений.

Однако ЕСПЧ не устает констатировать нарушения Россией статьи 5 Конвенции о защите прав человека: в 2014 году такие нарушения были определены в 56 постановлениях (общее количество постановлений, которыми было признано хотя бы одно нарушение Россией конвенции, — 122)[5], в 2013 году — в 63 (119), в 2012 — в 64 (122), в 2011 году — в 68 (121)[6]. При этом в пилотном постановлении по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» от 10 января 2012 года, посвященном условиям содержания в российских следственных изоляторах, ЕСПЧ особо обратил внимание на «неоправданное и чрезмерное применение меры в виде содержания под стражей при досудебном уголовном разбирательстве», что «подтверждается продолжающимся потоком новых сходных жалоб в Европейский суд». Разумеется, все материалы, проходящие через ЕСПЧ, «успешно» преодолели в России вторую инстанцию.

Читайте также:  Совфед одобрил закон об отмене обязательного претензионного порядка - советы опытного юриста

Реагировать нужно процессуально

Каковы же возможные меры для изменения сложившихся практик? Пожалуй, самая простая — использование Верховным судом системы так называемого «мониторинга в ручном режиме», которая заключается в ежемесячном или ежеквартальном сборе аналитических справок у региональных судов с последующим доведением своего мнения вниз по инстанционной вертикали.

Для этого могут быть задействованы такие инструменты, как «внутренние» письма или учеба региональных судей с участием коллег из ВС. Очевидным минусом такой системы будет являться ее неформальная институционализация и, как следствие, необязательное следование рекомендациям в каждом конкретном случае и отсутствие очевидных мер реагирования на это.

Более затратная мера — внесение в УПК изменений, вводящих рассмотрение ходатайств о мерах пресечения судом с участием ротируемых ежемесячно двух заседателей, отбираемых по упрощенной (в сравнении с отбором присяжных) системе.

Они не обременены влиянием рутинных процессов и создаваемой ими path dependence problem[7], а потому смогли бы изменить подход не только судов к мерам пресечения, но сотрудников правоохранительных органов — к качеству представляемых материалов и обоснованию ходатайств.

Разумеется, это повлечет и определенные финансовые издержки, однако вряд ли дополнительные затраты будут сколько-нибудь заметны с учетом расходов, необходимых для введения в райсудах практики рассмотрения уголовных дел с участием присяжных заседателей (по словам заместителя председателя ВС РФ Владимира Давыдова, планируемое расширение будет стоить 12 млрд рублей единовременно и 300 млн ежегодно). В конце концов, необходимые денежные средства можно отчасти изыскать, отказавшись от претворения в жизнь справедливо критикуемого законопроекта Министерства юстиции РФ об обязательной видеофиксации судебных заседаний, для реализации которого необходимо 5,4 млрд рублей единовременно и еще 1,63 млрд ежегодно.

Особого внимания заслуживает практика обжалования постановлений о мерах пресечения.

 Из приведенных выше данных видно, что отказы в избрании ареста или в продлении срока содержания под стражей отменяются или изменяются судами второй инстанции гораздо чаще, чем постановления, которыми удовлетворяются ходатайства следователя или дознавателя.

Сложно допустить, что при принятии «отказных» постановлений суды в разы чаще допускают процессуальные ошибки, чем удовлетворяя ходатайства следователей и дознавателей.

По-видимому, при пересмотре «отказных» постановлений процессуальные нарушения просто чаще обнаруживаются, что свидетельствует о наличии для них более жестких стандартов пересмотра. В результате судья, отказывая в удовлетворении ходатайств следователя или дознавателя, гораздо больше рискует получить отмену или изменение постановления в апелляции, чем при их удовлетворении. Поэтому необходимо менять подход апелляционных инстанций к рассмотрению жалоб и представлений на постановления о мерах пресечения.

Учитывая, что на сегодняшний день рассмотрение вопросов о мерах пресечения, по большому счету, замыкается на региональном уровне, ВС (если он действительно хочет изменить ситуацию) может инициировать законодательные изменения по превращению себя в «третью инстанцию».

Это позволило бы ему не только отслеживать положение дел «в реальном времени», но и реагировать сугубо процессуальными методами. На первых порах наблюдался бы наплыв жалоб в ВС, однако в последующем региональные суды, ориентируясь на позиции высшей судебной инстанции и осознавая перспективы обжалования, сформировали бы свою практику отмен и изменений постановлений о мерах пресечения.

Разумеется, подобные нововведения возможны только с учетом «пропускной способности» ВС и ресурсов для ее увеличения.

Если же ВС намерен ограничиться только внесением изменений в постановление пленума о мерах пресечения, то при сохранении существующих рутинных процессов следует ожидать, что крайне оценочные формулировки правовых позиций высшей судебной инстанции будут использоваться отнюдь не в пользу провозглашаемой ЕСПЧ презумпции освобождения лиц из-под стражи[8].

Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов

  [4] При подсчете количества изменений меры пресечения или освобождений из-под стражи без избрания иной меры пресечения учитывались только случаи, непосредственно указанные в справках в качестве таковых. Если в справке лишь указывалось на отмену либо изменение постановления, но из текста справки не следовало, что мера пресечения была изменена, эти случаи не учитывались. [7] Проблема зависимости от предыдущего опыта («эффект колеи»).
[8] См., например, §54 постановления ЕСПЧ от 23.10.2012 по делу «Зенцов и другие против Российской Федерации» (жалоба № 352979/05) // Доступ из СПС «Консультант Плюс».

Адвокаты программы «Человек и Закон» – консультации юристов

Российские правосудие совсем не похоже на то, что показывают в телевизионных шоу или фильмах. Пламенные речи адвокатов прерывают, их заменяет унылое изложение фактов следствием и прокуратурой, которые не всегда являются правдой.

Всё действо представляет собой весьма скучное зрелище, на котором неподготовленные, а тем более незаинтересованные зрители, могут заснуть. Случалось, за этим занятием наблюдали и самих судей.

Но заседание, где рассматривалось ходатайство оперативников об изменении меры пресечения в отношении бизнесмена Олега Ситникова, стало исключением из правил, и больше походило на настоящий триллер с неожиданной концовкой.

«Моего подзащитного обвиняют по статье 199 УК РФ «Уклонение от уплаты налогов, сборов, подлежащих уплате организацией». Уголовное дело возбуждено в мае прошлого года и на время следствия была избрана мера в виде подписки о невыезде.

Ситников не раз выезжал за пределы региона, но всё это делалось с разрешения оперативников.

Никаких нарушений за всё это время он не допускал, а потому требование поместить его под домашний арест выглядит, по меньшей мере, странно», — рассказывает адвокат по уголовным делам Роман Максимович

На заседание, начавшееся в 11 утра, пришёл коллега следователя, ведущего уголовное дело, а прокурор и вовсе отсутствовал. После небольшого перерыва он появился.

Присутствующие понимали, в своей речи, тот, наверняка, будет поддерживать коллег из правоохранительных органов, так уж сложилось, а учитывая весьма непростое отношение руководителя местного надзорного округа к бизнесу Ситникова, и получившего нагоняй от руководства за особое «внимание» в виде регулярных проверок, сомнений не оставалось.

«Когда сотрудник надзорного органа взял слово, то поразил многих, заявив, что не поддерживает ходатайство следователей.

Он сообщил, что полностью согласен со словами адвокатов о том, что подзащитный не нарушал избранной меры пресечения и закона, давление на свидетелей оказать не может.

А поскольку следственные действия длятся уже почти год, откуда взялось желание оперативников посадить бизнесмена под домашний арест, остаётся непонятным», — говорит адвокат по уголовным делам Роман Максимович

Начиная с 2011 года, компания «Роснефтегаз» пережила около тысячи проверок, а сам предприниматель два покушения.

В конфликт вмешался даже генеральный прокурор РФ Юрий Чайка, который прямым текстом вписал в приказ о взыскании в адрес окружного прокурора следующие строки: «Прокурором Ямало-Ненецкого автономного округа Герасименко А.В.

на протяжении нескольких лет инициировали проверки группы компаний Ситникова при отсутствии законных оснований». Не смотря на это, как утверждает сам предприниматель, давление на его предприятия только усиливается, а это дело стало очередным примером.

«В самом конце заседания, следователь, выступавший с ходатайством, поспешил уйти, сославшись на занятость. Вполне вероятно, ему не очень хотелось услышать решение об отказе в удовлетворении требований.

Маленькая реплика прокурора только добавила масла в огонь: тот попросил вынести частное определение в отношении руководства Следственного комитета ЯНАО за неудовлетворительную работу ведомства.

Суд принял ожидаемое решение, отметив, что аргументы следствия изобиловали словами: «вероятно», «возможно» и «предположительно», то есть каких-либо веских доказательств вины предпринимателя, так никто и не услышал», — резюмирует адвокат по уголовным делам Роман Максимович   

кассация вынесла частное определение председателю Мосгорсуда о продлении срока содержания под стражей | КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ ГОРОДА СИМФЕРОПОЛЬ

10 декабря судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции удовлетворила жалобу защиты фигурантов дела о хищениях в ОАО «Банк Российский кредит» на продление Мосгорсудом срока их содержания под стражей. В кассационном определении (имеется у «АГ») суд пояснил, почему продление меры пресечения нарушило права обвиняемых Игоря Швеца, Дмитрия Глазачева и Вадима Смирнова, обвиняемых в преступлении по ч. 4 ст. 160 (присвоение или растрата) УК.

Читайте также:  Стоит ли соглашаться на суд присяжных? - советы опытного юриста

Адвокат одного из обвиняемых обжаловал продление срока содержания под стражей в кассацию

9 июля 2019 г. Московский городской суд на 3 месяца продлил Игорю Швецу, Дмитрию Глазачеву и Вадиму Смирнову срок содержания под стражей. Впоследствии судебная коллегия по уголовным судам Мосгорсуда оставила это постановление в силе. В этой связи адвокат Станислав Журавлёв, защищавший интересы Игоря Швеца, оспорил эти судебные акты.

В своей жалобе защитник указал, что суды нарушили уголовно-процессуальное законодательство, проигнорировав внесенные в августе 2019 г. изменения в ч. 1.1 ст.

108 УПК, которые запрещают применять меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого по ст.

160 УК РФ, если это преступление совершено членом органа управления коммерческой организации в связи с управлением юрлицом либо ведением организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.

Защитник отметил, что обжалуемые судебные решения носили коллективный характер, были вынесены без индивидуального исследования конкретных обстоятельств в отношении каждого из обвиняемых.

Такой подход, подчеркнул Станислав Журавлёв, противоречит правовой позиции ЕСПЧ и нарушает ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Кроме того, защитник отметил, что сам факт содержания Швеца под стражей свыше 12 месяцев является незаконным.

Кассация выявила многочисленные нарушения в продлении сроков содержания обвиняемых в СИЗО

Выслушав доводы участников уголовного процесса, судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции согласилась с доводами адвокатов.

Как следует из кассационного определения, продление срока содержания обвиняемого под стражей возможно только при подтверждении достаточными данными предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для дальнейшего применения этой меры пресечения.

«Сами по себе обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей, – отмечено в документе.

– В решениях о продлении срока содержания под стражей должно быть указано, почему в отношении лица не может быть применена более мягкая мера пресечения, приведены результаты исследования в судебном заседании конкретных обстоятельств, обосновывающих продление срока ее действия, доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств, а также оценка судом этих обстоятельств и доказательств с изложением мотивов принятого решения».

Кассация пояснила, что суд первой инстанции не выполнил требования уголовно-процессуального закона при продлении меры пресечения под стражей.

Он не обеспечил индивидуального исследования обстоятельств, имеющих значение для принятия законного и обоснованного решения, в отношении каждого обвиняемого и не изложил мотивы продления срока их содержания в СИЗО, ограничившись общей формулировкой о том, что обвиняемые могут продолжить преступную деятельность или же скрыться от следствия и суда. «При этом, как видно из исследованных материалов, объем предъявленного Швецу, Смирному и Глазачеву обвинения, количество инкриминируемых каждому преступление неодинаковы. Существенно различаются и обстоятельства, касающиеся их личности, включая семейное положение, состояние здоровья (в том числе инвалидность Швеца), и иные факторы, позволяющие индивидуализировать выводы о наличии оснований для продления срока содержания под стражей по каждому из обвиняемых», – отмечено в кассационном определении.

Как пояснил кассационный суд, нижестоящая инстанция не конкретизировала достаточность данных, свидетельствующих об обоснованности выдвинутых против заключенных подозрения в причастности к инкриминируемым деяниям, ограничившись тем, что их причастность «подтверждена конкретными достаточными сведениями, имеющимися в представленных материалах, которые были исследованы в судебном заседании».

При этом суд не указал, какие конкретные достаточные сведения он учел, не дал им оценку и не обосновал свои выводы в отношении каждого обвиняемого. Он также не пояснил отсутствие оснований для выбора более мягкой меры пресечения в отношении обвиняемых в связи с окончанием предварительного расследования по делу и переходом к стадии ознакомления участниками процесса с материалами уголовного дела.

При этом кассационный суд согласился с доводом защиты о том, что вынесение коллективных решений о продлении срока содержания под стражей без оценки личной ситуации каждого из обвиняемых противоречит прецедентной практике ЕСПЧ (в частности, его выводам в постановлениях «Зубков и другие против России» и «Оглы и другие против России»).

При этом он отметил, что суд первой инстанции в подготовительной части судебного заседания решил соединить ходатайства следствия о продлении меры пресечения в отношении заключенных в одно производство, несмотря на возражения стороны защиты.

Тогда адвокаты сочли, что рассмотрение в одном судебном заседании трех материалов дела воспрепятствует суду сформировать индивидуальную позицию в отношении каждого обвиняемого.

«Между тем уголовно-процессуальный закон не предусматривает возможности соединения в одно производство судебных материалов по ходатайствам следователя о продлении срока содержания под стражей обвиняемых», – отмечено в кассационном определении.

Таким образом, кассация распорядилась отменить судебные акты о продлении меры пресечения обвиняемым, признав их незаконность.

Как следует из сообщения на сайте суда, кассация также вынесла в адрес председателя Мосгорсуда Ольги Егоровой частное определение, в котором поставлен вопрос о принятии главой Мосгорсуда мер, направленных на предупреждение нарушений при рассмотрении московскими судами вопросов об ограничении конституционного права на свободу и личную неприкосновенность.

Зинаида Павлова. Адвокатская газета

Изменение меры пресечения на более мягкую

Порядок изменения меры пресечения регулируются уголовно-процессуальным законом. На основании ст. 110 УПК мера пресечения должна меняться на более мягкую в тех случаях, когда изменены основания для ее применения.

Особенности процедуры изменения меры пресечения

Меру пресечения на более мягкую могут заменить, когда задержанному так и не было предъявлено обвинение или истек срок нахождения под стражей.

Либо же в назначении меры пресечении нет необходимости, так как уголовное производство было прекращено или если суд вынес оправдательный приговор. Однако на основании ст.

110 УПК, если есть достаточные основания, меру пресечения могут изменить не на более мягкую, а даже на более суровую.

В законодательстве предусмотрены такие основания для изменения меры пресечения на более мягкую:

  • основания для того, чтобы считать гражданина виновным в преступлении не отпали, но установленный процессуальный срок для продолжения задержания истек;
  • были обнаружены новые обстоятельства дела, которые не позволяют далее применять ранее выбранную меру пресечения в виде заключения под стражей, если прокурор изменит квалификацию преступления и санкция статьи предполагает более мягкое наказание, чем тюремное заключение на срок более 2-х лет.

Мера пресечения может меняться по решению суда или органа, в производстве которого находится уголовное дело.

Если решение принимается дознавателем, прокурором, то выносится постановление, а если суд — определение.

Данное решение может приниматься, только если оно мотивированное и обоснованное, оно должно обязательно подтверждаться доказательствами, которые получены в ходе уголовного производства.

Вынесение постановления

Постановление об изменении меры пресечения подлежит объявлению подозреваемому, а также ему вручается копия решения. Задержанному должны объяснить его права на обжалование постановления.

Если был задержан несовершеннолетний, то постановление на изменение меры пресечения направляется также его опекунам, родителям, в интернат, другое детское учреждение, где проживает несовершеннолетний гражданин.

Постановления об изменении меры пресечения в отношении военнослужащих направляется в воинскую часть по месту службы. Копия постановления должна быть направлена и прокурору, который осуществляет надзор за ведением расследования.

Чтобы добиться изменения меры пресечения на более мягкую, подозреваемому необходимо как можно раньше обратиться к адвокату. Только опытный правозащитник знает все способы, как добиться смены меры пресечения, которая не связана с заключением под стражу.

Однако даже если изначально подозреваемого не заключили под стражу, то при несоблюдении норм закона, меру пресечения могут заменить на более строгую.

Например, вместо подписки о невыезде могут применить заключение под стражу, если подозреваемый покидал страну.

Заключение под стражу применятся также в тех случаях, когда подозреваемый каким-то другим образом препятствовал проведению расследования.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *