Ходатайство об исключении недопустимого доказательства—протокола осмотра места происшествия — советы опытного юриста

Скачать документ полностьюХодатайство об исключении недопустимого доказательства—протокола осмотра места происшествия - советы опытного юриста

Ходатайство об исключении доказательств, полученных с нарушением требований УПК РФ, и возвращении уголовного дела прокурору на основании п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ

«__» ______ 20__ г. в отношении Б. возбуждено
уголовное дело №__ по признакам
преступления, предусмотренного ч.4 ст.
159 УПК РФ.

«14» сентября 2018 г. обвиняемой Б. было
перепредъявлено обвинение и составлен
протокол ее допроса в качестве обвиняемой
(т.__ л.д.__, соответственно)

В этот же день, «14» сентября 2018 г.
Следователь ___________ следственного
управления по городу Москве, лейтенант
юстиции М. уведомил потерпевших П. и Н.
об окончании предварительного следствия
(т.__ л.д.__).

После чего, в этот же день, он уведомил
обвиняемую Б. ее защитника А. об окончании
предварительного следствия, составив
протокол уведомления об окончании
следственных действий (т.__ л.д.__).

В деле также имеется график ознакомления
обвиняемой Б. и ее защитника – адвоката
А. от 14 сентября 2018 г., свидетельствущий
о начале процедуры их ознакомления с
материалами уголовного дела, а именно
об ознакомлении с 2 листами тома №1,
которое произошло 14 сентября 2018 г. с 20
час. 35 мин. до 20 час. 45 мин. (т.__ л.д. __).

Далее, в деле находится постановление
следователя М. о возобновлении следственных
действий, вынесенное опять же 14 сентября
2018 г. (т.__ л.д. __) и два сопроводительных
письма о направлении копии постановления
о возобновлении следственных действий,
отправленных 14 сентября 2018 г., одно в
адрес обвиняемой Б. и ее защитника А.,
второе – потерпевшим П. и Н. (т.__ л.д. __,
соответственно).

У стороны защиты имеются веские основания
полагать, что данное постановление, а
также приведенные выше сопроводительные
письма были сфальсифицированы
следствием
.

14 сентября 2018 г. указанное постановление
о возобновлении следственных действий
не могло быть вынесено и направлено
заинтересованным лицам по следующим
причинам:

Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством

Ходатайство об исключении недопустимого доказательства—протокола осмотра места происшествия - советы опытного юриста

По уже рассмотренным и вполне объективным причинам следователь не всегда сразу доверяет общественным помощникам и практикантам так называемую живую работу, то есть содействие в производстве следственных действий с участием свидетелей, потерпевших, а тем более лиц, подлежащих привлечению к уголовной ответственности. Следователю нужно время для того, чтобы убедиться в добросовестности своего помощника . В то же время правоприменитель почти всегда уже в самом начале совместной работы может поручить молодежи выполнение такой работы, результаты которой можно будет перепроверить и при необходимости внести корректировки, после чего подписать протокол или постановление. Прежде всего речь идет о составлении проектов некоторых процессуальных документов : постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, о создании следственной группы, об изъятии и передаче уголовного дела (см. гл. 9). Как будет отмечено в гл. 14, поручить помощнику составить постановление о привлечении в качестве обвиняемого — это высшая степень доверия и признак признания следователем состоятельности начинающего юриста.

См. пункт 18 Положения об общественном помощнике следователя. Приложение 1.

Но есть еще одно объемное и важное не просто задание — целое направление в деятельности общественного помощника и практиканта. Речь идет о производстве осмотра предметов, изъятых в ходе расследования уголовного дела.

Часто возникающее у молодежи первоначальное мнение о том, что произвести качественный осмотр предметов очень легко, увы, ошибочно. Оно быстро меняется, как только в руки попадает реальный предмет.

Сразу возникает масса вопросов, например: «А как правильно назвать эту вещь — пуловер, кофта, толстовка или свитер?», «А как описать вот эту деталь куртки, рядом с замком, около воротника?» и т.п.

Ситуация осложняется еще и тем, что следователи, особенно начинающие, иногда и сами не знают ответов на эти вопросы. Потому-то в ходе расследования часто допускаются грубые, а часто и непоправимые ошибки, влекущие признание доказательств недопустимыми по различным формальным основаниям. Примеров тому в следственной практике любых регионов множество.

Вот типичный: в ходе обыска изымаются предметы, обозначенные в протоколе как женские туфли. В протоколе осмотра предметов они же обозначаются как босоножки. Эксперт в описательной части заключения экспертизы при описании полученных на исследование предметов называет их же шлепанцами, а в суд направляются «сандалии».

На судебном следствии у судьи или адвоката возникает логичный вопрос: а куда же пропали изъятые в ходе обыска женские туфли? Далее защитник заявляет, а суд удовлетворяет ходатайство о признании недопустимыми всех доказательств, связанных с «пропавшими или подмененными», как утверждает защита, женскими туфлями (протоколов обыска, осмотра, заключений экспертиз и др.).

Вот так, в силу небольших, чисто технических на первый взгляд ошибок может разрушиться любое обвинение по любому уголовному делу.

Выше были приведены рекомендации по обнаружению, фиксации и изъятию следов различного происхождения.

Настоящие краткие рекомендации мы посвятим осмотру предметов, изъятых в ходе расследования по уголовному делу.

Проекты протоколов и соответствующих постановлений могут и должны составлять общественный помощник, практикант . При этом важно помнить о следующих важных нормативных требованиях и неписаных правилах.

Примеры этих и других документов можно скачать на сайте labatr.bsu.ru, ссылка на данное руководство, электронное приложение N 12.

Для продуктивной и безошибочной работы с предметами — будущими вещественными доказательствами не пренебрегайте рекомендациями, посвященными работе со следами различного происхождения (см. 7.2 — 7.7).

Особое внимание следует уделить изучению заключений экспертов и специалистов по вещественным доказательствам (если соответствующие экспертизы производились).

Если возникли вопросы, на которые не сможет ответить следователь, следует проконсультироваться с экспертами, при необходимости их допросить.

Объекты, необходимость в описании которых может возникнуть в следственной практике, весьма разнообразны. Зачастую их описание сопряжено с использованием специальных незнакомых терминов, от максимальной точности которых зависит очень многое. Все эти термины знать и безошибочно использовать просто невозможно.

Конечно же, существуют специальные рекомендации по осмотру различных объектов — от швейных иголок до бронетранспортеров. Имеются также справочные пособия, содержащие сведения о наиболее типичных для следственной практики объектах, их узлах, деталях. Однако такие справочные пособия не всегда имеются в горрайотделах и следственных управлениях.

Их довольно сложно найти и в книжных магазинах.

Поскольку в следственной работе чаще всего приходится сталкиваться с предметами одежды, обуви и орудиями преступления, мы, не останавливаясь на общих вопросах тактики следственного осмотра , постарались особое внимание уделить описанию именно этих объектов.

Вопросы тактики и методики производства осмотра как следственного действия довольно полно и доступно описаны в учебниках криминалистики и специальных криминалистических публикациях. См., например: Осмотр места происшествия: Практич. пособие / Под ред. А.И. Дворкина. М.: Юристъ, 2000. 336 с.

На сайте labatr.bsu.ru в электронном приложении N 13 к настоящему пособию приведены рисунки и описания, с некоторыми уточнениями заимствованные нами из справочного пособия под редакцией В.В. Филиппова — одной из лучших работ подобного типа .

На рисунках изображены предметы, без осмотра которых не обходится, пожалуй, ни одно уголовное дело о преступлениях против личности: одежда практически всех типов (включая мелкие детали типа «кокетка», хлястик» и др.), белье, аксессуары, спецодежда, обувь, холодное оружие и т.д.

Помимо наименования самих предметов, даны названия их составных частей.

Описание объектов криминалистического исследования: Справочное пособие / Под ред. В.В. Филиппова. М.: ЭКЦ МВД России, 1995. 288 с.

Протокол осмотра места происшествия недопустимое доказательство

Ходатайство об исключении недопустимого доказательства—протокола осмотра места происшествия - советы опытного юриста

С 1 июля 2002 г. действует Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. N 174-ФЗ

  • См. также образец заполнения настоящей формы
  • Протоколосмотра места происшествия
  • Перед началом осмотра всем лицам, участвующим в следственном действии, было разъяснено их право присутствовать при всех действиях, производимых при осмотре места происшествия, и делать замечания, подлежащие занесению в протокол.
  • Кроме этого, они были уведомлены о применении при осмотре фотоаппаратуры и принадлежностей к ней, оптических приборов, светофильтров, средств выявления следов кожных узоров, материалов для изготовления слепков и иных технических средств, содержащихся в следственном и экспертных чемоданах.

Протокол прочитан всем участникам осмотра следователем прокуратуры. От участников осмотра никаких замечаний по поводу порядка производства осмотра, содержания протокола не поступило. В протоколе все записано правильно.

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Особенности оценки допустимости протоколов следственных действий в качестве доказательств по уголовным делам *

Барыгина Александра Анатольевна, доцент кафедры уголовно-процессуального права Уральского филиала Российской академии правосудия, кандидат юридических наук.

Ключевые слова: протокол следственных действий, допустимость доказательств.

In the article there is the analysis of evaluation of the protocols of investigative actions as evidence in a criminal case in relation to general criteria of the admissibility of evidence. Author did the analysis of violations of the evaluation the protocols of investigative actions, that based of judicial practice.

Key words: protocol of investigative actions, admissibility of evidence.

В действующем уголовно-процессуальном законодательстве отсутствует перечень нарушений закона, влекущих исключение доказательств как недопустимых в процессе расследования и рассмотрения уголовных дел. В ч. 1 ст.

75 УПК РФ содержится требование о том, что доказательства, полученные с нарушением закона, должны признаваться недопустимыми, и они не могут быть положены в основу судебного решения по уголовному делу.

Тем не менее, как теоретики, так и практики знают, что не любые нарушения закона, допущенные при собирании доказательств, могут привести к признанию доказательств недопустимыми. Большинство критериев допустимости доказательств было сформулировано в п. п. 14 — 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г.

N 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия». Конечно же, перечень этот далеко не исчерпывающий. В любом случае действует общее правило, установленное ч. 1 ст. 75 УПК РФ: «Доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми».

Читайте также:  ВС отнес договоры к документам бухгалтерского учета - советы опытного юриста

Консультация юриста

УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

Оценивая требования допустимости использования в качестве доказательств протоколов следственных действий, субъекты доказывания должны проверять как общие требования закона, предъявляемые к производству следственного действия, предусмотренные ст. ст. 164, 166, 167 УПК РФ, так и специальные требования, предъявляемые к производству конкретного следственного действия.

Первым основанием к признанию протокола следственного действия недопустимым доказательством является его производство ненадлежащим субъектом.

В круг надлежащих субъектов входят: следователь или дознаватель, в чьем производстве находится уголовное дело, лица, входящие в следственную группу или группу дознавателей, орган дознания при наличии отдельного поручения следователя на производство конкретного следственного действия, следователь-криминалист.

Иногда в следственной и судебной практике встречаются вопиющие случаи, когда все собранные доказательства по уголовному делу могут быть признаны недопустимыми вследствие возбуждения и расследования уголовного дела субъектом, который не имел в силу закона на это права. Об этом свидетельствует следующий пример.

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 1 августа 2001 г. N 514-П01ПР // СПС «Гарант»: портал. URL: garantf1://5579657.0.

Вторым основанием признания протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами является отсутствие постановления о производстве следственного действия, которое может быть проведено только по постановлению следователя (дознавателя) либо данное постановление вынесено неуполномоченным должностным лицом.

Так, Президиум Челябинского областного суда отменил постановление Тракторозаводского районного суда г. Челябинска об отказе в удовлетворении жалобы Дороховой о признании незаконным производства обыска в ее жилище. При разрешении жалобы Дороховой на производство обыска 19 сентября 1998 г.

судебными инстанциями оставлены без внимания и оценки существенные обстоятельства по делу. Уголовное дело было возбуждено 16 сентября 1998 г. отделом УФСНП по Челябинской области в отношении Алиевой и Нестерова по факту незаконного уклонения от уплаты налогов и сборов, а 17 сентября 1998 г. передано в прокуратуру г.

Челябинска и в тот же день принято к производству следователем. До передачи дела орган дознания в соответствии с требованиями ст. 119 УПК РСФСР провел обыск. После принятия дела к производству следователем городской прокуратуры согласно ст. 168 УПК РСФСР все следственные действия должны были выполняться им.

Постановление о производстве обыска от 19 сентября 1998 г. вынесено не следователем, а оперативным работником службы налоговой полиции .

Постановление президиума Челябинского областного суда от 30 октября 2002 г. N 4у-2002-350.

Третьим основанием признания протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами является отсутствие судебного решения на производство тех следственных действий, которые проводятся только на основании такого решения за исключением случаев, предусмотренных ч. 5 ст.

165 УПК РФ, когда производство обыска, выемки осмотра жилища и личного обыска в случаях, не терпящих отлагательств, возможно проводить без судебного решения с последующим признанием данного следственного действия законным.

При производстве следственных действий, таких как обыск и выемка, следует также учитывать специальные нормы российского законодательства, регулирующих статус специальных субъектов.

Судебное решение требуется на обыск и выемку в служебном помещении адвокатов, депутатов Государственной Думы и Совета Федерации, Уполномоченного по правам человека в РФ, Президента, прекратившего свои полномочия, судей.

При производстве обыска у указанных специальных субъектов органы предварительного расследования должны иметь в виду, что в постановлении о производстве обыска должны быть четко указаны основания производства обыска, предметы и документы, подлежащие изъятию, чтобы не была нарушена профессиональная тайна, непосредственно не связанная с подозрением в преступной деятельности.

Так, Европейский суд по правам человека по делу «Колесниченко против Российской Федерации» признал нарушение ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, предусматривающей право на уважение частной и семейной жизни.

В ходе расследования уголовного дела следователем были получены в судебном порядке разрешения на производство обыска в жилище и служебном помещении адвоката Колесниченко.

Европейский суд по правам человека в своем Постановлении отметил: «Следственному органу было разрешено провести обыски в жилище и конторе заявителя в общих и широких выражениях.

Следователь, таким образом, имел неограниченное усмотрение при определении того, представляли ли документы интерес для уголовного расследования.

Кроме того, принимая Постановление, судья не касался вопроса о том, будут ли защищены привилегированные материалы, хотя сознавал, как упоминалось в тексте постановлений об обыске, что заявитель является членом адвокатского объединения и может хранить документы, переданные ему клиентами. Учитывая характер материалов, которые были осмотрены и изъяты, Европейский суд пришел к выводу, что обыск затронул профессиональные секреты в степени, не соразмерной как бы то ни было преследуемой цели» .

Читайте так же:  Обязан ли сотрудник росгвардии предъявлять удостоверение

Постановление Европейского суда по правам человека от 9 апреля 2009 г. «Дело «Колесниченко против Российской Федерации» по жалобе N 19856/04″ // ИПП «Гарант»: портал. URL: garantf1://12073569.0.

Следующим основанием признания протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами является необоснованное вынесение постановления о производстве следственного действия. В постановлении в обязательном порядке должны быть указаны основания производства следственного действия и с какой целью следственное действие производится.

Если следственное действие направлено на изъятие предметов и документов, то какие предметы и документы должны быть изъяты.

Кроме того, суд при вынесении постановления об обыске, контроле и записи телефонных переговоров в обязательном порядке должен проверять обоснованность доказательствами ходатайства следователя о производстве следственного действия, нарушающего конституционные права граждан.

Так, Европейский суд по правам человека при рассмотрении дела «Колесниченко против Российской Федерации», о котором уже упоминалось выше, признал нарушение ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, предусматривающей право на справедливое судебное разбирательство.

При этом Европейский суд отметил, что единственным доказательством о необходимости производства обыска в жилище и офисе адвоката, представленным суду, было заключение эксперта с выводом о том, что невозможно установить печатающее устройство, на котором были изготовлены интересующие следствие документы.

Европейский суд признал, что постановления об обыске не были основаны на «относимых и достаточных» причинах» .

Следующим основанием признания протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами является проведение следственного действия с нарушением конституционных принципов, таких как нарушение права на защиту, уважение чести и достоинства личности, языка судопроизводства.

Так, например, по уголовному делу по обвинению Т.Ю.А.

в совершении убийства из личных неприязненных отношений, после предъявления обвинения следователем в присутствии обвиняемой был произведен осмотр трех ножей, изъятых при осмотре места происшествия с целью установления факта, каким именно ножом обвиняемая нанесла два проникающих ножевых удара в грудь потерпевшей.

Перед осмотром обвиняемой был разъяснен порядок производства следственного действия, кроме того, она была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, что применительно к лицу, имеющему статус обвиняемого, является недопустимым, так как дача пояснений или показаний по каким-либо обстоятельствам дела является правом, а не обязанностью обвиняемого. Суд при рассмотрении уголовного дела признал нарушенным право на защиту и исключил протокол осмотра ножей с участием обвиняемой как недопустимое доказательство .

Уголовное дело N 1-146/2011 // Архив Ленинского районного суда г. Челябинска.

Следующим основанием признания протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами является нарушение правил составления протокола. Общие и специальные требования, предъявляемые к составлению протокола следственного действия, установлены в ст. 166 УПК РФ.

Мы ограничимся перечислением тех нарушений, которые приводят к признанию протокола следственного действия недопустимым доказательством: неподписание протокола лицом, которое проводило следственное действие; неуказание о дате, времени и месте производства следственного действия; отсутствие подписи одного из участвующих лиц во время производства следственного действия; неправильная фиксация в протоколе следственного действия его порядка производства и результатов.

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 июля 2010 г. N 11-010-74 // ИПП «Гарант»: портал. URL: garantf1://1696034.0.

Следующим основанием признания протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами является отсутствие понятых или несоответствие понятых требованиям закона, когда их участие является обязательным.

Понятые должны соответствовать требованиям, закрепленным в ст.

60 УПК РФ, к которым относят следующие: они должны быть незаинтересованными в исходе дела лицами не моложе 18 лет; не должны быть участниками уголовного судопроизводства по настоящему уголовному делу (подозреваемыми, свидетелями, потерпевшими, специалистами) или их родственниками; они не должны работать в должности следователя, дознавателя, органа дознания, оперативных сотрудников на момент производства следственного действия.

Помимо тех требований, которые предъявляются законом к личности понятых следует также помнить, что понятой — это лицо, которое должно быть способно объективно удостоверить факт производства, ход и результаты процессуальных действий. То есть, например, не могут участвовать в качестве понятого недееспособные лица .

Определение Конституционного Суда РФ от 29.01.2009 N 46-О-О.

К сожалению, органы предварительного расследования довольно часто допускают ошибки при приглашении лиц, которые могут участвовать в качестве понятых в ходе следственного действия, это подтверждают следующие примеры.

1. Из совокупности доказательств по делу о причинении тяжкого вреда здоровью исключен протокол осмотра места происшествия, поскольку в нарушение требований п. 2 ч. 2 ст. 60 УПК РФ для удостоверения факта производства указанного следственного действия следователем в качестве понятой была привлечена потерпевшая по данному уголовному делу .

Определение судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 8 декабря 2004 г. по делу N 22-13186/2004.

  1. Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда внесла изменения в приговор Верхотурского районного суда Свердловской области от 7 мая 2007 г., признав протокол осмотра места происшествия недопустимым доказательством в связи с тем, что Л., участвовавшая понятой в следственном действии, являлась женой В., который был свидетелем преступления .

Основания для исключения доказательств — Сам себе адвокат

 Как следует из закона позиции ВС РФ, доказательства считаются недопустимыми, когда при их собирании и закреплении был нарушен установленный законом порядок.

Читайте также:  Я могу узнать приемный ли я ребенок? - советы опытного юриста

Кроме того, доказательства являются недопустимыми, если они получены в результате действий, непредусмотренных процессуальными нормами, регулирующими производство конкретного следственного действия (далее СД). То есть, если процессуальная форма производства СД не соблюдается.

Хотя УПК достаточно четко регламентирует процедуру проведения СД, на практике в каждом деле можно найти нарушения. Следователи смешивают несколько СД  в одном или подменяют одно СД другим. Например, проверку показаний на месте подменяют протоколом ОМП с участием подследственного.

Нарушения при осмотре места происшествия

 Сущность ОМП в том, что следователь визуально наблюдает материальные объекты, имеющие значение для дела, а затем фиксирует их признаки, описывая в протоколе и применяя технические средства.

Наименование СД свидетельствует о том, что в ходе его производства применяется преимущественно метод визуального наблюдения, то есть исследование объекта при помощи органа зрения с фиксацией указанного в статике, а также с помощью фототехники, чертежей и рисунков.

Протокол осмотра должен отражать именно результат наблюдения субъекта, его проводящего. Несмотря на это следователи очень часто во время ОМП задают вопросы присутствующим лицам и заносят их пояснения в протокол.

В таких случаях следователь нарушает не только порядок производства ОМП ,но и порядок получения сведений об обстоятельствах дела от потерпевших (свидетелей). Его действия вопреки требованиям ч. 4 ст. 177 УПК РФ направлены на фиксацию информации, полученной от третьего лица, а не наблюдаемой самостоятельно.

В то же время единственный способ получения сведений от потерпевшего это его допрос, в том числе его разновидности проверка показаний на месте, очная ставка и т. д. УПК закрепляет исчерпывающий перечень следственных действий, а также требования к их процессуальной форме (порядку проведения, способу фиксации и т. д.).

При этом закон запрещает смешивать СД  и проводить одно в рамках другого. Так как допрос поименован в УПК РФ как самостоятельное СД , проводить его в рамках ОМП  незаконно. Если же протокол ОМП содержит информацию, полученную от третьих лиц, не проводящих осмотр, он является недопустимым доказательством.

Другим распространенным нарушение при проведении ОМП это подмена его обыском в жилище. Осмотр предполагает, что следователь непосредственно воспринимает и фиксирует внешние признаки объектов, к которым есть свободный доступ, исключающий необходимость проведения принудительных поисковых мероприятий (вскрытие помещений, хранилищ, поиск внутри предметов мебели).

Кроме того, цель ОМП детально исследовать и зафиксировать обстановку и обнаружить очевидные следы преступления, для фиксации которых не требуется принудительный поиск.

 Если у следователя есть основания полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для дела, нужен обыск, то есть принудительный поиск указанных предметов. Обыск в жилище возможен только на основании судебного решения.

Если следователь проводит его без постановления суда, даже с согласия проживающих в жилище лиц, обыск незаконен. Это и отличает обыск в жилище от его осмотра, который может проводиться с согласия проживающих в нем лиц без решения суда. При таких обстоятельствах протокол ОМП является недопустимым доказательством.

Также недопустимыми доказательствами будут все предметы, изъятые в ходе этого СД и приобщенные к материалам дела в качестве вещественных доказательств. Предъявление для опознания при осмотре предметов Осмотр предметов как СД имеет ту же природу и сущность, что и ОМП.

 Следователь воспринимает и фиксирует индивидуальные внешние признаки осматриваемых предметов материального мира. Осмотр не предполагает установления наличия или отсутствия тождества осматриваемого предмета с тем предметом, который ранее воспринимался каким-либо участником уголовного судопроизводства.

 Для этого существует иное следственное действие предъявление для опознания. Предъявление для опознания является единственным законным способ отождествления предъявляемого предмета с предметом, который ранее наблюдался опознающим. Никакие иные способы недопустимы.

Опознание всегда должно проводиться как отдельное следственное действие с соблюдением всех установленных законом правил (предварительный допрос о признаках, по которым предмет или лицо могут быть опознаны; недопустимость повторного опознания одного и того же предмета или лица по одним и тем же признакам; предъявление опознания в количестве не менее трех лиц, предметов, фотографий и т. д.). Проводить опознание в рамках какого-либо иного СД  нельзя, поскольку происходит смешение двух СД,  а процессуальные гарантии, предусмотренные для опознания, отсутствуют.

Не проведение выемки

 Если лицо добровольно является в правоохранительные органы и выдает предметы, имеющие значение для расследования, факт получения предмета следователь может зафиксировать двумя способами: либо актом добровольной выдачи этих предметов, либо протоколом выемки Фиксировать этот факт в протоколе ОМП недопустимо, поскольку:
следственный орган не является местом происшествия; характер следственного действия не соответствует фактическим действиям следователя. Ведь предмет, имеющий значение для дела, не обнаружен лично следователем в ходе непосредственного наблюдения объектов, к которым имеется свободный доступ, а предоставлен ему третьим лицом. Нарушения при получении абонентской информации В соответствии со ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничить это право можно только на основании судебного решения. По общему правилу его необходимо получить до начала производства СД. В исключительных случаях это можно сделать и после, но решение должно быть в любом случае. Однако часто следователи получают информацию о соединениях абонента по правилам ст. 186.1 УПК РФ, а информацию о базовых станциях этих соединений впоследствии в ходе выемки.

Такая практика незаконна, поскольку информация получена не в рамках надлежащего СД (выемка вместо получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами).

 Следственное действие, затрагивающее конституционное право лица на тайну корреспонденции, проводится без судебного решения.

Это лишает субъекта, информация о соединениях которого получается, дополнительных процессуальных гарантий в виде предварительного судебного контроля.

Образец (скачать пример): Об исключении недопустимого доказательства — протокола осмотра места происшествия

  • Следователю (в суд)______________________
  • ______________________
  • ______________________
  • ______________________
  • защитника _____________________,
  • адрес: ________________________
  • тел.___________________________
  • в интересах ___________________
  • Х О Д А Т А Й С Т В О
  • (в порядке ст. 119, 120 УПК РФ)

В материалах уголовного дела № ____________ имеется протокол осмотра места происшествия ― рабочего места Р. в каб. ___ государственной инспекции труда в РО от 30.09.200_.

Указанный протокол получен с нарушением уголовно-процессуального закона и, соответственно, не отвечает предъявляемому к доказательствам требованию допустимости.

Из содержания протокола усматривается, что фактически оперуполномоченным ОРЧ (БЭП) при ГУВД по РО П. было произведено иное следственное действие ― обыск. Утверждение о подмене одного следственного действия другим обусловлено следующими взаимодополняющими обстоятельствами.

Во-первых, по утверждению обвинительной власти происшествие ― опосредованное получение взятки ― имело место около дома № ___ по ул. ___ Сведений о каком-либо «происшествии» (в том числе в смысле, придаваемом данному процессуальному понятию правоприменительной практикой), произошедшем по адресу: ____________, нет ввиду отсутствия таковых в объективной действительности.

Во-вторых, ряд объектов (флеш-карта, удостоверение, печать), изъятых в ходе следственного действия, были обнаружены в ящиках рабочего стола Р., т. е. в целях их обнаружения и изъятия ящики стола вскрывались.

Основания и порядок производства осмотра и обыска регламентированы ст. 176, 177 и 182 соответственно. Необходимость сравнительного анализа указанных процессуальных институтов отсутствует ввиду их очевидной нетождественности.

В данном случае произведенный обыск был поименован «осмотром», поскольку на момент производства обыска уголовное дело не было возбуждено, соответственно, не могло быть получено дозволяющее постановление следователя.

В связи с вышеизложенным, в соответствии с ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, а также со ст. 7, 17, 75, 88 УПК РФ, прошу признать протокол осмотра места происшествия от 30.09.200_ недопустимым доказательством, исключив из перечня доказательств, подлежащих включению в обвинительное заключение.

«___» ______________ 200_ г.

С уважением,                                             защитник (адвокат) _____________________

Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством

Подборка наиболее важных документов по запросу Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика: Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Статья: Получение согласия проживающих лиц на осмотр места происшествия в жилище(Павлов А.В., Пилюшин И.П.)

(«Российский следователь», 2021, N 3)

Следует ли получать согласие на производство осмотра жилища как места происшествия у всех проживающих и находящихся в жилище лиц? В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 19 с учетом положений ч. 5 ст.

177 УПК РФ на производство осмотра жилища требуется разрешение суда, если хотя бы одно из проживающих в нем лиц возражает против осмотра. Перед началом осмотра места происшествия в жилище следует письменно зафиксировать согласие всех проживающих в нем лиц.

Отсутствие письменного согласия хотя бы одного из них может послужить основанием для признания протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством.

Примером может быть ситуация, когда подобный протокол прокурором был признан недопустимым доказательством, так как в момент проведения следственного действия оба проживающих лица находились в жилище, однако согласие на его проведение получено только от одного из них.

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Статья: Вопросы допустимости доказательств в материалах судебной практики(Исаенко В.Н.)

(«Уголовное право», 2017, N 5)

Усть-Джегутинский районный суд Карачаево-Черкесской Республики признал С. виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека. Одним из доказательств виновности С. суд признал заключение судебно-автотехнической экспертизы (САТЭ). Как известно, необходимым объектом такой экспертизы является протокол осмотра места происшествия. Суд признал его недопустимым доказательством, поскольку в нем место наезда на потерпевшего было указано со слов свидетеля Б.Н.Б. Однако во вводной части заключения САТЭ имелись ссылки на данный протокол. Сам факт признания протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством исключал возможность обоснования обвинительного приговора заключением экспертизы, исследовавшей процессуально ущербный объект, каковым и явился данный протокол. При рассмотрении кассационной жалобы осужденного президиум Ставропольского краевого суда удовлетворил ее и отменил приговор в отношении С. В Кассационном постановлении президиум указал, что суд первой инстанции сделал вывод о виновности С. на основании заключения САТЭ, в основу которого было положено доказательство, признанное этим же судом недопустимым .

Ходатайство о признании недопустимым протокол осмотра документов

Федеральному судье

Королевского городского суда 

от адвоката Васильева Алексея
Львовича 

по уголовному делу №1-230/2013

Ходатайство о признании
недопустимым доказательством протокол осмотра документов

Партнерская ссылка: юрист по бракоразводным делам

В суде в качестве доказательства
обвинение огласило составленные следователем: Протокол осмотра документов от дд.мм.гггг.
(т.1 л.д.175-178), Постановление о признании и приобщении к уголовному делу
вещественных доказательств от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.

179-182), Постановление о
передаче вещественных доказательств на ответственное хранение от дд.мм.гггг. (т.1
л.д.183), Постановление о невозможности предъявления вещественных доказательств
от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.

Читайте также:  Взыскание алиментов на детей - порядок и способы - советы опытного юриста

184), касающиеся, якобы, вещественных доказательств —
пяти денежных «купюр», изъятых дд.мм.гггг. с места происшествия. 

Все указанные доказательства
содержат необъективную информацию, противоречащую материалам уголовного
дела.  Так первый документ, составленный следователем
в отношении изъятых «улик» – денежных «купюр», является Протокол их осмотра от дд.мм.гггг.

В ходе следствия и суда установить наличие вещественных доказательств и
обозреть их не представилось возможным в виду их отсутствия у суда и следствия.

Их нигде нет, тогда как по Инструкции по хранению вещественных доказательств и
УПК РФ они должны были храниться в следственном отделе.

Протокол осмотра от дд.мм.гггг.,
как и протокол допроса свидетеля ФИО33, является сфальсифицированным по причине
того, что у следователя не было в наличии указанных денежных вещественных
доказательств и потому он их не мог обозреть и осмотреть, принимать по ним
решения. Из материалов уголовного дела следует, что дд.мм.гггг.

пять бумаг,
похожие на денежные купюры, с места происшествия изъяли сотрудники полиции в
ходе оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», по
результатам которого составили Протокол осмотра места происшествия.

Далее
сотрудники полиции изъятое следователю, так и, вообще, в следственный отдел не
передавали, что подтверждается всеми материалами уголовного дела и
сопроводительным письмом заместителя начальника полиции МУ МВД «изъято» от дд.мм.гггг.
№ххх (т.1 л.д.

26-27), из которого следует, что в следственный отдел  5 (пять) купюр не передавались, соответственно
следователь их не мог осматривать. Невозможно осматривать то, чего нет.

Это подтвердилось и показаниями
свидетеля ФИО16, данными в суде дд.мм.гггг., который показал, что «купюры» ему
передавались в начале лета хххх года в июне-июле месяце.

Однако согласно сомнительному
Постановлению о передаче вещественных доказательств на ответственное хранение
от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.183) «бумажки-купюры» передавались ФИО16 зимой в
феврале ггггг.

Снова видно, что следователь пишет протоколы-сказки и
постановления-небылицы, содержащие недостоверные и необъективную информацию.

Таким образом, у следователя
вообще не было в наличии вещественных доказательств в виде наподобие денежных
купюр, а настоящих денег тем более. При таких условиях следователь вообще не
имеет права утверждать, писать в документах, что осматривал денежные купюры,
что Николаевой С.К. передавались деньги. Ничем это не доказано и не
подтверждено. 

Статья 240 УПК РФ устанавливает,
что в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат
непосредственному исследованию, в том числе суд осматривает и вещественные
доказательства, и приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах,
которые были исследованы в судебном заседании. Вещественные доказательства
деньги в судебном заседании не исследовались.

Пленум Верховного суда РФ в
постановлении №1 от 29.04.1996г. «О судебном приговоре» также указывает, что
суд не вправе ссылаться в подтверждение своих выводов на собранные по делу
доказательства, если они не были исследованы судом. Денег нет — нет оснований
обсуждать, ссылаться и указывать на «деньги».  

Что касается «понятых» ФИО12 и ФИО13,
«присутствовавших», якобы, при осмотре вещественных доказательств, которые
подтверждают осмотр «денег», то защита просит суд отнестись к ним также критически
по следующим основаниям:

Во-первых, никто не может
подтвердить, что осматривались настоящие денежные купюры, а не их подражатели.
Купюр нет, экспертиза подлинности купюр не проводилась и утверждать, что
осматривались купюры, нет оснований.

Во-вторых, у следователя вообще в
наличии вещественных доказательств в виде 5 (пяти) купюр не было.

В-третьих, согласно ст.60 УПК РФ понятой — не заинтересованное в исходе уголовного дела лицо и ими не могут быть участники уголовного судопроизводства. ФИО12 и ФИО13 являются свидетелями по уголовному делу. Кроме того, ФИО12 является не только подручным следователя, а является подручным всего следственного отдела. Последнее хорошо видно из Графика ознакомления обвиняемой и ее защиты с материалами уголовного дела (т.3 л.д.21) из событий дд.мм.гггг. В указанный день руководитель следственного отдела  ознакомление с материалами уголовного дела вообще хотел поручить общественному помощнику следственного отдела ФИО12, так он его представил адвокату и это отражено в протоколе. Лишь после замечания адвоката, что ФИО12 не принимал дело к своему производству, руководитель следственного отдела одумался и тогда лично сам провел ознакомление. Из изложенного и указанного в Графике записей видно, что ФИО12 зависим от руководителя следственного отдела, готов выполнить любые их просьбы, а раз следственный отдел заинтересован в исходе настоящего уголовного дела, то и ФИО12 действует в их интересах, то есть тоже заинтересован в исходе дела. 

Что касается второго понятого ФИО13, то он является другом ФИО12 и они вместе учились в школе, данный факт ФИО13 подтвердил на допросе в суде. Соответственно он друга везде поддержит, распишется, если его попросит друг.

ФИО13 не участвовал в осмотре документов совместно с подсудимой и ее адвокатом, однако он в протоколах расписался, что в них участвовал, и даже поменяв показания, в конце судебного процесса дал показания в качестве свидетеля, что он участвовал в этих осмотрах.

В-четвертых, никто из понятых не может утвердить, что они осматривали настоящие денежные купюры, однако при этом оба понятых расписались, что они осматривали денежные купюры. Подлинность купюр может определить лишь специалист и то, лишь после необходимых исследований, а таких исследований и экспертиз по делу не проводились. 

Из изложенного следует, что указанные понятые являются подручными следователя и всего следственного отдела, поэтому к их подписям в документах с недостоверными данными, опровергающими материалами уголовного дела, защита относится и просит суд отнестись критически и с недоверием.

Таким образом, Протокол осмотра документов от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.175-178) содержит недостоверные утверждения, данные и осмотр денег вообще невозможно было произвести в виду их отсутствия у следствия, а понятые – подручные следователя и потому не могли быть даже понятыми. Согласно ст.

75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ и конституционных прав, являются недопустимыми и при таких условиях в соответствии с ч.2 ст.88 УПК РФ суд такое доказательство, то есть Протокол осмотра документов от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.175-178) должен признать недопустимым.

Учитывая, что у следователя денежных купюр не было, то он в своих: Постановлении о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.179-182), Постановлении о передаче вещественных доказательств на ответственное хранение от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.

183), Постановлении о невозможности предъявления вещественных доказательств от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.

184) не имел права указать ложные сведения, как о проведении с ним процессуальных действий, принятии решений по ним и, вообще, указать в документах слова «деньги» и «денежная купюра», так как никакими экспертизами не установлено, что с места происшествия дд.мм.гггг. изъяты денежные купюры, а не денежные «подражатели».

Кроме того, если даже какие-то бумажки передавали ФИО16, то они передавались в июне-июле гггг., что опять говорит о том, что эти постановления содержат даже неверные даты. Соответственно, по вышеперечисленным причинам упомянутые постановления являются недопустимыми и незаконными и их следует признать таковыми. 

По указанным же причинам следует признать недопустимым и Акт осмотра и выдачи денег от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.47-49), который государственный обвинитель огласил суде в качестве доказательства обвинения.

Во-первых, не установлено, что указанные в этом Акте денежные купюры это были настоящие деньги или денежные купюры; Во-вторых, указанное оперативное мероприятие Акт осмотра и выдачи начат еще в 14 час 20 мин и окончен в 14 час 30 мин, а ФИО16 обратился с заявлением в полицию лишь в 15 час 10 мин, то есть оперативное мероприятие проводилось вне рамках оперативного дела, иначе – незаконно, а согласно ст. 89 УПК РФ в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ, то есть  Акт осмотра и выдачи денег от дд.мм.гггг. (т.1 л.д.47-49) в соответствии со ст.ст.75 и 88 УПК РФ должен быть признан недопустимым. В-третьих, понятой ФИО14, который числится понятым в Акте осмотра и выдачи денег от дд.мм.гггг., в суде показал, что он дд.мм.гггг. не участвовал в осмотре и выдаче денег ФИО16 и этого человека он не знает.  

Таким образом, данный Акт осмотра и выдачи денег от дд.мм.гггг., также содержит недостоверные данные, осмотр проведен в нарушение ч.1 ст.177 УПК РФ, без присутствия и наличия одного понятого, то есть, составлен с нарушением требований норм УПК РФ. Согласно ч.1 ст.

75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения и использоваться для доказывания любых из обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ. В соответствии с п.3 ч.2 ст.75 и ч.2 ст.

88 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением УПК РФ, следует признать недопустимым.

В-четвертых, в соответствии с ч.1.2 ст.

144 УПК РФ, где указано, что полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств, лишь при условии соблюдения положения статей 75 и 89 УПК РФ,  и по этим основаниям упомянутый Акт осмотра и выдачи денег от дд.мм.гггг. также не может использоваться в качестве доказательства по уголовному делу. При таких обстоятельствах, руководствуясь ст.ст.75, 88, 89, 144 УПК РФ, 

прошу:

признать недопустимым доказательством: 

  • протокол осмотра предметов (документов) от дд.мм.гггг.;
  • акт осмотра и выдачи денег от дд.мм.гггг.;

и не использовать их для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ.

Адвокат А.Л.Васильев

Решение по данному ходатайству адвоката Васильева А.Л. смотрите в «Выигранные дела»

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *