Принципы гражданского права — советы опытного юриста

Принципы представляют собой основные идеи, основные положения, образующие фундамент любой отрасли права. Принципы гражданского права указаны в ст. 1 ГК, которая так и называется — «Основные начала гражданского законодательства».

Но это не означает, что принципы данной отрасли законодательства закреплены в одной этой статье. Они представляют собой основные начала, которые проходят через все гражданское право, предопределяя содержание каждого из его институтов и каждой из его норм.

Поэтому, применяя и толкуя любую норму гражданского права, необходимо руководствоваться принципами гражданского права.

Принципы применяются и в том случае, если они не находят своего воплощения в конкретной норме ввиду отсутствия этой самой нормы. При наличии пробелов в гражданском праве к отношениям, прямо не урегулированным законом, договором или обычаем делового оборота, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения, т.е. применяется аналогия закона.

В тех же случаях, когда использование аналогии закона невозможно ввиду того, что данные отношения не имеют сходных отношений, урегулированных гражданским правом, к ним применяется аналогия права (общие начала и общий смысл гражданского законодательства, т.е. принципы гражданского права).

Таким образом, применение аналогии права есть прямое применение принципов гражданского права.

Принципы гражданского права в концентрированном виде отражают социально-экономическую сущность регулируемых отношений и экономической политики, осуществляемой государством применительно к этим отношениям через нормы гражданского права. А если это так, то принципы гражданского права — изменяемая категория.

Они в различных правовых системах весьма существенно различаются в зависимости от того, что собой представляют отношения собственности в данном обществе и какую экономическую политику государство проводит в области отношений собственности.

В этом смысле принципы советского гражданского права и принципы гражданского права современной России весьма существенно различаются, а по некоторым параметрам являются прямо противоположными.

Преобразования отношений собственности, суть которых состоит в том, что государственная собственность в большей части экономики заменяется и вытесняется частной собственностью, не могли не предопределить появления совершенно новых принципов гражданского права, складывающихся в результате происходящих в России реформ и преобразований.

Принципами гражданского права, закрепленными в ст. 1 ГК, являются следующие:

1. Равенство участников регулируемых им отношений. Фиксируя этот принцип, закон закрепляет равенство возможностей, признаваемых и обеспечиваемых гражданским правом.

По сути дела, это равенство исходного правового положения субъектов гражданского права, и оно выражается в том, что все участники гражданских правоотношений наделяются гражданской правоспособностью как определенной мерой социальных возможностей в сфере применения гражданского права.

Иными словами, все субъекты отношений могут иметь на праве собственности или ином аналогичном вещном праве определенное имущество, могут приобретать это имущество, владеть, пользоваться и распоряжаться им.

Все участники гражданских отношений имеют право участвовать в гражданском обороте, совершать сделки, заключать договоры по отчуждению или приобретению имущества, обладать исключительными правами на созданные ими произведения в сфере интеллектуальной деятельности и т.д.

При этом все граждане вообще обладают совершенно одинаковой правоспособностью в сфере гражданского права.

Правоспособность юридических лиц может быть в зависимости от вида юридического лица общей или специальной, но любая из них тем не менее включает в себя необходимый объем правовых возможностей, которые позволяют им выступать полноправными субъектами в отношениях собственности и гражданского оборота.

2. Принцип неприкосновенности собственности. Фактически содержание этого принципа далеко выходит за рамки приведенного термина. Неприкосновенность собственности понимается как сама возможность существования таких видов собственности, которые закреплены в Конституции РФ.

На равных допускается существование частной собственности (в том числе на средства производства, на землю, на иные ресурсы) и собственности публичной, т.е. собственности Российской Федерации, субъектов Федерации, муниципальных образований.

Неприкосновенность собственности состоит в признании равного правового режима всех видов собственности. Любая собственность, возникшая и существующая в соответствии с Конституцией и законом, находится под охраной права и государства.

Таким образом, принцип неприкосновенности собственности обусловливает необходимость существования в гражданском праве институтов, обеспечивающих защиту любого права собственности от каких-либо посягательств.

3. Свобода договора. Этот принцип является, несомненно, одним из ключевых для гражданского права.

Поскольку гражданское право практически проявляет себя в большей мере как право имущественного, товарно-денежного оборота, а в основе этого оборота лежат сделки, договоры, то правовая постановка принципа свободы договора является для гражданского права первостепенной задачей. Это наиболее значимый принцип в практическом его претворении.

Институт свободы договора получил новую жизнь и интенсивное развитие с переходом к рыночной экономике. В этих условиях договор полностью вытесняет другие акты индивидуального регулирования, такие как плановое задание, плановое распределение имущественных ценностей, централизованное формирование условий договора, например цен, по которым реализуются товары, работы и услуги.

Договор при переходе к рыночной экономике в сфере гражданского оборота становится основным юридическим фактом. Все товарно-денежные связи осуществляются на договорной основе.

Договор становится главным регулятором экономических отношений.

Именно при заключении договора его участники устанавливают условия, на которых они и строят свои отношения по реализации товаров, выполнению работ, оказанию услуг.

Свобода договора выражается, во-первых, в том, что любой участник гражданского оборота вправе самостоятельно решать, заключать договор или не заключать. Во-вторых, свобода договора выражается в выборе контрагентов — лиц, с которыми договор или договоры будут заключены.

В-третьих, сами договаривающиеся стороны решают, какой именно договор будет заключен между ними. Это может быть договор купли-продажи, поставки, мены и т.д. Стороны по своему усмотрению могут заключать комплексные договоры — договоры, которые включают в себя элементы различных видов договоров. И наконец, стороны сами определяют условия договора, т.е.

определяют предмет договора, права и обязанности, содержание обязательств, которые они между собой устанавливают.

Свободу договора, однако, не следует понимать как нечто абсолютное и безграничное. Свобода договора имеет свою меру, диктуемую существующими социально-экономическими условиями, интересами и потребностями. Как показывает исторический опыт, ничем не ограниченная свобода договора может самым негативным образом сказаться на экономических отношениях и экономических интересах.

Безбрежная свобода договора является одной из причин появления такого опасного явления в экономике, как монополизм.

Экономически сильный субъект, пользуясь свободой договора и злоупотребляя ею, может вытеснять из экономического поля более слабых субъектов, занять в экономике доминирующее положение и, используя его, навязывать всем другим участникам экономических отношений односторонне выгодные для него условия.

Таким образом, неограниченная свобода договора — это опасность для свободного рынка и для нормальной, здоровой конкуренции.

Неограниченная свобода договора, как показывает практика, может быть использована для существенного ущемления интересов экономически слабого участника со стороны экономически более сильных субъектов.

Поэтому во всех странах рыночной экономики наблюдался и наблюдается исторический переход от лозунга полной свободы договора к установке на использование свободы договора, имеющей определенные границы.

Эти границы формируются с использованием различных правовых способов и приемов. Многие из них были введены в действие с появлением так называемого антитрестовского, т.е. антимонопольного, законодательства — законодательства, направленного на обеспечение здоровой конкуренции.

Появились правила, в том числе и в гражданском праве России, устанавливающие соотношение между законом и договором (ст. ст. 421, 422 ГК). Предусматривается возможность введения в договор с помощью императивных норм так называемых предписываемых условий, т.е.

условий, вводимых законом в виде определенных запретов или в виде определенных обязываний. Устанавливаются способы защиты интересов более слабой в экономическом отношении стороны при заключении публичных договоров (ст. 426 ГК) и договоров присоединения (ст. 428 ГК).

Для определения границ свободы договора используются нормы ст. 10 «Пределы осуществления гражданских прав» ГК.

Данная статья указывает на то, что если будет заключен договор с намерением причинить вред другому лицу, а также путем злоупотребления правом в иных формах, то вытекающие из этого договора права лица, действующего таким образом, не подлежат защите.

4. Недопустимость какого-либо произвольного вмешательства в частные дела.

По сути дела, этот принцип представляет собой самоограничение государства, которое тем самым обязуется не вмешиваться в дела и отношения, являющиеся сферой частных интересов.

Данный принцип означает также, что государство обязано пресекать действия иных лиц, представляющие собой произвольное незаконное вмешательство в чьи-либо частные дела.

Само понятие частных дел в ходе экономических преобразований в России существенно расширилось.

Если раньше под частной сферой понималась в основном сфера личной жизни граждан, то теперь под частными понимаются все дела и отношения, в которых государство не участвует в качестве стороны.

Поскольку экономика базируется теперь преимущественно на основе частной собственности, то этот принцип означает недопустимость вмешательства в осуществление права частной собственности, в том числе в предпринимательскую деятельность, основанную на праве частной собственности.

В ст. 1 ГК не случайно говорится о недопустимости произвольного вмешательства в частные дела. Под произвольным следует понимать вмешательство, не основанное на законе.

Для допущения вмешательства нужно, чтобы оно было прямо предусмотрено законом в виде определенных законом полномочий того или иного государственного органа или представителя власти.

Разумеется, не является недопустимым вмешательством регулирование государством частной собственности и частной экономики, т.е. установление правил, которым все участники экономических отношений должны подчиняться.

Пункт 2 ст. 1 ГК прямо указывает на то, что гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона, но только в той мере, в какой это необходимо для целей защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Читайте также:  Исполнение обязательств - советы опытного юриста

Ограничение прав, о котором идет речь, представляет собой, следовательно, во-первых, установление определенных правил законом и, во-вторых, возможность принятия государственными органами определенных решений, касающихся частных дел, если эти акты и решения основаны на законе.

5. Обеспечение беспрепятственного осуществления гражданских прав, восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Суть данного принципа состоит в том, что никто не может препятствовать другому лицу осуществлять его гражданские права, а сам обладатель субъективного права пользуется юридической возможностью требовать устранения препятствий к осуществлению права либо восстановления права, которое уже нарушено. При этом каждому гарантируется судебная защита.

В рамках судебного разбирательства и на основе судебного решения государством принудительно устраняются препятствия к осуществлению субъективного гражданского права или принудительно восстанавливаются нарушенные гражданские права за счет правонарушителя.

6. При применении ГК выявилась потребность в предотвращении недобросовестного поведения участников гражданских правоотношений друг с другом, защите от недобросовестных действий, наносящих ущерб контрагентам.

Законом от 30 декабря 2012 г. в ст. 1 ГК внесены дополнения в виде п. п. 3 и 4, касающиеся принципов гражданского права.

Пункт 3 содержит правило о том, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Пункт 4 устанавливает, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Эти правила закрепляют в ст. 1 ГК принцип добросовестности поведения участников гражданских правоотношений на всех стадиях возникновения и осуществления прав и обязанностей, включая стадию защиты права.

В соответствии с данным требованием стороны должны быть честными по отношению друг к другу, не допускать обмана контрагента в активной (путем сообщения неверной информации) или пассивной (путем сокрытия необходимых сведений) форме.

Это требование должно соблюдаться при совершении сделки, заключении договора, их исполнении сторонами, при применении мер защиты.

Было бы неточным утверждение, что до внесения описываемых дополнений действующий ГК не предусматривал требования добросовестности к участникам гражданских отношений. Путем толкования ст. 10 ГК судебная практика выводила это требование и использовала его при разрешении споров.

Именно на основе использования анализа и обобщения судебной практики, как отечественной, так и зарубежной, и были подготовлены предложения о введении в содержание ст. 1 ГК рассматриваемого требования как одного из основополагающих принципов гражданского правового регулирования.

Но одного формулирования принципа добросовестности было бы недостаточно. Требовалось также учесть судебную практику и по последствиям выявления судами фактов недобросовестного поведения участников гражданских правоотношений. Принципиально важно то, что п. 4 ст. 1 ГК по применяемым последствиям недобросовестное поведение приравнивает к поведению незаконному.

На это же указывают дополнения, внесенные в ст. 10 «Пределы осуществления гражданских прав» ГК. В п. 1 ст. 10 внесено дополнение о том, что не допускаются при осуществлении гражданских прав «действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом)».

С учетом сложившейся судебной практики в ст. 10 сформулированы также п. п. 2, 3, 4. В п.

2 содержится новое положение о том, что «в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом».

Пункты 3 и 4 ст. 10 являются полностью новыми. В соответствии с п. 3 «в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом«.

Пункт 4 ст. 10 указывает на то, что, «если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков».

Разумность как принцип гражданского права — новости Право.ру

Современное правовое регулирование невозможно без оценочных категорий, одно из которых разумность. Это понятие появилось в ГК сравнительно недавно, при этом играет важную роль в оценке поведения участников оборота. Применение этого принципа российскими судами обсудили сегодня на Санкт-Петербургском международном юридическом форуме.

Доцент кафедры гражданского права Санкт-Петербургского государственного университета Андрей Павлов рассказал, что принцип разумности был включен в гражданское законодательство меньше 30 лет назад, — сначала в Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 года, а затем в Гражданский кодекс, — но за это время так естественно вошел в наше понимание, что воспринимается как базовый. Доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова Андрей Ширвиндт объяснил, что разумность пришла к нам из Венской конвенции, и с тех пор в российском законодательстве она встречается все чаще и чаще.

Министр юстиции Александр Коновалов отметил, что разумность имеет особое значение для любого правопорядка: «В глазах правопорядка разумное поведение является общедоступным и осуществимым, а сама разумность связана с нравственностью».

«Для правоприменителя разумность – правообладающий элемент из триады принципов, ведь роль права — избавиться от хаоса и найти наилучшее решение»

Александр Коновалов

Даже при низком уровне ума и нравственности и полном отсутствии социализации лицо должно соизмерять свое поведение со здравым смыслом и быть способно обладать таким уровнем разумности, чтобы не совершать правонарушения и преступления, считает Коновалов. По его словам, нужно стимулировать участников гражданского оборота к разумным действиям. Директор юридического института «М-Логос» Артем Карапетов согласился: «Право должно быть разумным, потому что антоним разумности – глупость».

Доцент кафедры гражданского права и процесса НИУ ВШЭ Ольга Мазур уверена: для оценки нормативной конструкции имеет значение лицо, которое должно соизмерять свое поведение с требованием разумности и добросовестности, т.е. субъект правоотношений.

«Поэтому при его определении надо отталкиваться от субъекта оценки и ориентироваться на объем знания субъекта, а не выводить универсальный золотой поведенческий стандарт», — считает Мазур.

«Стандарт поведения должен быть разным», — заявила лектор московской Высшей школы социальных и экономических наук Олеся Петроль.

Разумность и добросовестность

По мнению Карапетова, оценочные понятия, которые интегрированы в нашу правовую систему —  разумность, справедливость, добросовестность – являются взаимозаменяемыми. «Это игра в слова», — считает Карапетов. С ним не согласилась Мазур: «Требование добросовестности относится к базовым. А стандарт разумности должен применяться только там, где это законодательно предусмотрено.

Таким образом, разумность — это повышенное требование, оно предполагает дополнительную эффективность». Ширвиндт уверен: вести себя разумно и добросовестно – значит вести себя так, как положено модельному субъекту гражданского права, как мы ожидаем от всякого нормального человека, с учетом интересов других лиц.

При этом Ширвиндт отметил, что добросовестность возведена в ранг общего принципа.

«Разумность и добросовестность – два стандарта, которые заданы в ГК»

Дмитрий Степанов, партнер корпоративной практики АБ Федеральный рейтинг.

группа Антимонопольное право (включая споры) группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Международные судебные разбирательства группа Международный арбитраж группа Морское право группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Рынки капиталов группа Семейное и наследственное право группа Страховое право группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Уголовное право группа Управление частным капиталом группа Фармацевтика и здравоохранение группа Финансовое/Банковское право группа Экологическое право группа Банкротство (включая споры) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (включая споры) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Природные ресурсы/Энергетика группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Транспортное право группа Цифровая экономика 1место По выручке 1место По выручке на юриста (более 30 юристов) 1место По количеству юристов Профайл компании
 

Как применяется разумность?

 «Сейчас законодательный процесс очень сложный, и законодателю не всегда интересно подробно расписывать все термины. Развитие права происходит в основном в судах, это общемировая практика, и надо относиться к ней нормально.

Поэтому на судах и лежит ответственность. Они должны осознавать это и быть открытыми, формулировать, выводить и дописывать норму за законодателя, объяснять свою позицию», — считает Карапетов.

«Когда суд устанавливает, была разумность или нет, он просто устанавливает факты», — заявила Петроль.

«Чем дальше, тем больше правовым регулированием будут заниматься суды»

Артем Карапетов

Степанов заметил, что до некоторых пор суды вообще не замечали норму о разумности. Все изменилось лишь после появления постановления Пленума ВАС № 62. «Разумность присутствует в законе и учебниках, но суды применять ее не хотят.

В частности, они не любят оценивать разумность директора, не хотят заниматься переоценкой коммерческой составляющей сделки. Потому что если наказывать директора, то надо наказывать и всех остальных.

Я проанализировал более 4000 дел и вижу, что суды очень редко привлекают директоров за неразумное поведение», — сообщил Степанов.

Читайте также:  Что считать тяжкими последствиями, если потерпевший — организация - советы опытного юриста

15:28Петербургский международный юридический форум 9 ¾ завершил работу 12:10На ПМЮФ обсудили защиту прав детей в трансграничных семейных спорах 10:29Докладчики ПМЮФ предупредили о рисках цифровых прав 10:22На ПМЮФ 9 ¾ рассказали, как право может спасти экологию 18:54На ПМЮФ 9 ¾ подвели итоги 25 лет сотрудничества России и Совета Европы 18:16 На Россию жалуются в ЕСПЧ почти в три раза реже, чем 10 лет назад 17:55Актуальные проблемы спортивного права назвали на ПМЮФ 9 ¾ 17:31 Наша основная задача – сделать банкротство механизмом реабилитации 16:41Эксперты проанализировали перспективы рынка NFT на ПМЮФ 9 ¾ 15:51На ПМЮФ 9 ¾ обсудили настоящее и будущее музеев в цифровую эпоху 23:01На ПМЮФ 9 ¾ рассказали, как объединятся СИЗО и колонии 20:51На ПМЮФ 9 ¾ обсудили цифровизацию правосудия и киберугрозы 19:29В России появятся новые фонды для богатых 13:52«Раскрывай или объясняй»: на ПМЮФ подискутировали о внедрении ESG-принципов 13:07Преимущества и перспективы реинвестирования дивидендов разобрали на ПМЮФ 9 ¾ 13:03На Юрфоруме расскажут о правовых рисках глобального потепления 22:44На ПМЮФ обсудили введение цифрового рубля 22:27Перспективы САР обсудили на Петербургском международном юридическом форуме 22:15Минюст инициировал создание конвенции по борьбе с глобальными медицинскими вызовами 22:01Глава парламентской ассамблеи СЕ рассказал, как убедить людей сделать прививку 21:11 «Летом ПАСЕ представит три доклада на тему коронавируса» 19:47ПМЮФ 9 ¾: эксперты Банка России рассказали о цифровом рубле 18:33На ПМЮФ обсудили важность экологии для инвестирования 18:25 «В 2021 году в России заработает система электронного апостиля» 17:31 «Уровень международной напряженности вернулся к временам холодной войны» 16:39 «ПМЮФ 9 ¾ развивает профессиональный диалог» 16:21Медведев рассказал о необходимости на международном уровне урегулировать вопросы вакцинации 14:31 «Право выдержало стресс-тест пандемии» 14:22На ПМЮФ обсудили, почему правовые нормы нужно писать понятным языком 14:15На ПМЮФ проанализировали правовые аспекты вакцинации 13:56Институт финансового уполномоченного обсудили эксперты на ПМЮФ 9 ¾ 13:54За год общее количество кибератак на медицинскую сферу увеличилось на 91% 13:24Россотрудничество предложило прописать алгоритм услуг ПФР для россиян за границей 22:26 Самое главное при цифровом общении – дать возможность жаловаться 22:23Минздрав разрабатывает концепцию информационной безопасности в сфере здравоохранения 22:04 Нотариусам нужно право получать информацию из реестра недееспособных лиц 19:58Владислав Гриб предложил обсудить цифровизацию социальных услуг 18:48 «Нужно проработать законодательство в области управления АНО» 18:13Эксперты ПМЮФ 9 ¾ обсудили подходы к работе с персональными данными 17:43 Мы должны быть готовы к отказу от бумажного документооборота 17:40На ПМЮФ обсудили законопроект о защите розничного инвестора 16:3586% юристов отмечают у себя признаки профессионального выгорания 16:29На ПМЮФ 9 ¾ рассказали, как НКО сократить корпоративные риски 15:09 «В 2021 году в России появится экспертная комиссия по делам НКО» 14:14Саморегулирование в сфере искусственного интеллекта обсудили эксперты на ПМЮФ 19:03Вице-президент «Ростелекома» расскажет о главных задачах правового блока компании 14:56ПМЮФ 9 ¾: как изменится банкротство после перезагрузки? 14:53ПМЮФ 9 ¾: спасет ли планету Глобальный пакт об охране окружающей среды? 14:48ПМЮФ 9 ¾: какое будущее ждет правовой суверенитет? 13:54ПМЮФ 9 ¾: кому поможет ESG? 13:51ПМЮФ 9 ¾: к чему приведет реформа страхового права – инсайды и мнения 22:57Правовые аспекты вакцинации от Covid-19 обсудят представители Совета Европы и Минздрава 10:04ПМЮФ 9 ¾: есть ли будущее у налоговой медиации? 9:09ПМЮФ 9 ¾: культурная вакцина и битва деканов 16:11Уголовные риски бизнеса и практику трансграничных споров обсудят эксперты ПМЮФ 13:17 «Программа Форума обещает быть, как всегда, насыщенной» 16:09Открылась аккредитация СМИ на ПМЮФ 9 ¾: вакцинация правом 15:54Smart-общество: как «цифра» внедряется в жизнь юристов и как ее регулировать 10:33 Большая теоретизированность — это не упрек ВУЗам

Принципы адвокатуры применительно к повседневной деятельности каждого адвоката

12 июля 2019 г.

О необходимости повышения самотребовательности адвокатов к осуществлению профессиональной деятельности

(По материалам выступления на Межрегиональной научно-практической конференции «Правила адвокатской профессии» в г. Пятигорске 6 июля 2019 г.)

Мы с вами все знаем принципы адвокатуры, закрепленные в п. 2 ст. 3 Закона об адвокатуре: кто-то – с момента прочтения закона ровно 17 лет назад, летом 2002 г., кто-то – с момента подготовки к сдаче квалифэкзамена.

Но, уважаемые коллеги, мы с вами не задумываемся, что принципы адвокатуры в равной степени относятся и к организации адвокатуры, и к адвокатской деятельности.

Считаю необходимым высветить некоторые аспекты, которые могут иметь сугубо практическое значение для нас.

Принцип законности мы все знаем как основополагающий принцип права. Бесспорно то, что адвокат не должен осуществлять чего бы то ни было незаконного ни делом, ни словом – устным или письменным.

Тем грустнее видеть иногда примеры откровенно незаконных действий адвокатов, например, при реализации адвокатами статусных прав.

Однажды мне довелось увидеть, как к растерянно стоящей в коридоре одного из районных судов Москвы группе обычных граждан подошла энергичная дама и сразу же стала давать каждому из них указания: «Так, ты скажи, что он уехал сам…», «Ты скажи, что ему никто не чинил препятствий…» и т.п.

Было ясно, что эта дама, скорее всего, – представитель бывшей жены, подавшей иск о признании бывшего мужа утратившим право пользования жилым помещением.

В любом случае было очевидно, что она под видом опроса лиц с их согласия откровенно готовит фальсификацию свидетельских показаний по гражданскому делу.

Я подошел к этим людям и сказал этой даме, что она поступает незаконно, готовя фальсификацию доказательств. Ее мое заявление не смутило, она ответила мне, что она адвокат (как я и предполагал с самого начала) и она знает, что делает.

Тогда я сказал ей, что я тоже адвокат – и, к моему великому удивлению, вот тут она смутилась и замолчала. Надеюсь, сделанное мной тем гражданам сообщение о том, что дача ложных показаний может повлечь уголовную ответственность, удержало их от того, чтобы выступить с такими показаниями в суде.

Но возмутительно то, что та дама с адвокатским статусом без всякого смущения готовила нарушение закона (да еще и вовлекала в него других людей).

К счастью, большинство адвокатов ведут практику законно.

Но давайте задумаемся над тем, что при всей близкой к абсолюту урегулированности общественных отношений в нашей стране есть много целых сфер или отдельных аспектов, которые пока еще не урегулированы конкретными нормами права.

И у адвоката, оказывающего юридическую помощь своему доверителю, в такой ситуации есть соблазн войти в эту сферу и оказать помощь, необходимую доверителю, внутри этого «белого пятна».

И вот тут призываю нас с вами к максимальной осторожности: мы привыкли к установке о том, что «разрешено все, что не запрещено законом». Однако, по моему пониманию, принцип законности нужно рассматривать по правилу «разрешено все, что прямо предусмотрено законом».

Осознаю, что вызываю непонимание и несогласие высказыванием подобного подхода, но мы одинаково обязаны думать и о наших доверителях, и о себе самих, оказывающих помощь многим доверителям.

И вот тут выскажу тезис, который многим из вас, дорогие коллеги, покажется циничным: адвокат нередко должен осаживать внутри себя человека.

Не боюсь такого решительного заявления: иногда бывает, что адвокат всей душой хочет помочь реально очень хорошему человеку, являющемуся его доверителем, оказавшемуся в сложной правовой ситуации (что возможно в любой сфере права), и готов в интересах этого доверителя подойти к краю правового поля, заглянуть за край этого поля или даже вообще пересечь край этого поля. Так вот это – недопустимо, потому что задача адвоката – квалифицированно помогать юридически, а не по-человечески. По моему искреннейшему убеждению, принцип законности в деятельности каждого конкретного адвоката заключается в том, что адвокат должен сделать для доверителя все, что прямо предусмотрено законом.

Мы должны твердо помнить очень важное положение Закона об адвокатуре: адвокат – независимый советник по правовым вопросам. Его задача в первую очередь – советовать (в соответствии с правом), а не делать что-то (на грани права и неправа).

* * *

Теперь о принципе независимости.

Когда мы упоминаем в одном предложении независимость и адвокатуру, конечно, мы сразу же представляем все, что связано с независимостью адвокатуры России как организации. Однако вопросы в плоскости этого принципа возникают и применительно к адвокатской деятельности.

Логично предположить, что никто не вправе вмешиваться в оказание адвокатом юридической помощи по каждому делу, находящемуся в его производстве, и давать ему указания, как и что он должен делать.

Под «никем» понимаем органы государственной власти, органы местного самоуправления, любые организации, органы адвокатских палат, адвокатские образования (если адвокат состоит членом коллективного адвокатского образования).

Только доверитель вправе давать адвокату, оказывающему ему помощь, указания о том, как и что он должен делать.

Позволю себе вновь напомнить норму Закона об адвокатуре о том, что адвокат является независимым советником по правовым вопросам. Кроме того, вполне применима норма ст. 973 ГК РФ, что доверитель вправе давать поверенному указания, и если они являются правомерными, конкретными и осуществимыми, то поверенный обязан выполнить их.

  • С учетом того, что мы с вами адвокаты и говорим о правилах поведения адвоката, уверенно позволю себе к критерию правомерности (законности) добавить критерий нравственности.
  • Этот аспект оказывается особенно проблемным для молодых адвокатов, которые не обладают достаточной опытностью / уверенностью / способностью строить общение с доверителем на условиях равной координации (не допуская крайне нежелательного перекоса в субординацию, предполагающего подчинение адвоката доверителю).
  • Но даже если говорить о требованиях доверителя, не выходящих за рамки законности и нравственности, адвокатам – особенно молодым адвокатам – нужно помнить принцип независимости для того, чтобы всегда критично оценивать любые, даже законные и нравственные, пожелания, требования, настояния и иные проявления воли доверителя.
Читайте также:  Решение по делу 22-4566/2014 - советы опытного юриста

Мне запомнилась одна ситуация, очевидцем которой я стал: молодая женщина сидела за компьютером и печатала, а рядом стоял мужчина средних лет и диктовал ей, что писать. По их диалогу понял, что молодая женщина – это адвокат, а мужчина – ее доверитель. Согласитесь, есть вероятность того, что под диктовку доверителя адвокат напечатает что-то не совсем подобающее.

Иногда бизнесмен приглашает адвоката лишь для того, чтобы тот грамотно сформулировал и далее озвучивал позицию, уже имеющуюся у такого доверителя, и при этом даже не предполагается правовая оценка этой позиции адвокатом. Это тоже противоречит принципу независимости.

Простите, но еще раз напомню нам: адвокат – независимый советник по правовым вопросам; объективный правовой совет – первое, чего ждет от адвоката доверитель.

И в этом совете должно обязательно содержаться аргументированное мнение адвоката о перспективах дела.

По моему глубочайшему убеждению, в этом состоит принцип независимости применительно к деятельности каждого конкретного адвоката.

* * *

Следующие два принципа – корпоративности и самоуправления – всегда рассматриваю едино; уверен, что они представляют собой две стороны одного глобального принципа.

Конечно, эти принципы носят организационный характер, но все же деятельности каждого конкретного адвоката они тоже касаются как минимум тем, что адвокат как член профессиональной корпорации обязан соблюдать весь набор требований, сформулированных и предъявляемых корпорацией к его деятельности.

Однако, помимо указанных тяжких обязанностей, есть и положительные права. Корпорация не только требует, она еще и защищает.

К сожалению, не все наши с вами коллеги знают, что у каждого адвоката есть право в сложной ситуации обратиться в совет своей адвокатской палаты за разъяснением – советом, как ему нужно поступить; ему не может быть отказано в предоставлении такого разъяснения, и если он поступит в соответствии с этим разъяснением, то не может быть привлечен к дисциплинарной ответственности. Это – реальная мера защиты адвоката нашей адвокатской корпорацией, и мы должны в случае необходимости пользоваться этой защитой.

У меня есть опыт подобного обращения в совет нашей Адвокатской палаты Московской области.

12 лет назад в ситуации, когда я оказывал гражданину помощь как ответчику по гражданскому делу на основании соглашения, заключенного со мной организацией как третьим лицом, перед решающим заседанием этот гражданин давал мне одни установки, а организация давала другие установки – прямо противоположные. Рекомендации руководства нашей палаты мне тогда очень помогли правильно поступить в той сложной ситуации.

* * *

Наконец, принцип равноправия адвокатов. Вот здесь чрезвычайно важна самокритичность адвоката по отношению к себе: абсолютно уверен, что каждый адвокат должен прежде сам проявлять равноправие, а уж затем требовать его по отношению к себе.

У меня есть прекрасный пример истинного соблюдения принципа равноправия всем нам известным (поистине, всероссийски известным) адвокатом.

Много лет назад, приехав во время обеденного перерыва в один из районных судов Москвы перед приемным временем, я увидел в коридоре суда этого адвоката, который, приехав в обеденный перерыв в суд, в ожидании начала приемного времени для подачи исковых заявлений ничуть не стремился получить какие-либо преференции. Это при том, что исходя из его абсолютно заслуженной известности и к тому же заслуживающего уважения возраста он вполне мог бы попросить для себя любые привилегии. Но он не делал этого, а ждал назначенного времени в коридоре суда наряду с простыми адвокатами. Вот это – реальный пример того, как сам адвокат самым надлежащим образом соблюдает принцип равноправия.

* * *

Уверен, что нам, российским адвокатам, нужно взращивать в себе чувство самотребовательности, причем самотребовательности жесткой, последовательной и универсальной. Только так мы можем изначально защититься от часто звучащих, но нередко необоснованных претензий к нам.

И поэтому предлагаю подобную самотребовательность рассматривать в качестве одного из необходимых правил адвокатской профессии.

Разумность как принцип гражданского права

Открывая дискуссию, доцент кафедры гражданского права СПбГУ Андрей Павлов отметил, что в российском законодательстве категория разумности появилась относительно недавно, около 30 лет назад.

«За эти 30 лет она настолько естественным образом вошла в наше понимание, что воспринимается в качестве некоего базового начала гражданского права.

Так ли это, мы попробуем сегодня разобраться», – отметил ученый.

Министр юстиции РФ Александр Коновалов поделился своими взглядами на принцип разумности, его содержание и применение в праве. «Принцип разумности имеет особое значение для всего правопорядка, и в частности для его регулятивных отраслей, к которым относится частное право вообще и гражданское право.

Все право целиком исторически понимается именно как рациональный регулятор, совокупность способов отыскания и воплощения в жизнь оптимальных разумных балансов интересов разных лиц и коллективов, частных и публичных интересов.

Исторически роль права и юристов заключается в том, чтобы привносить в хаос и сумбур окружающей нас действительности некий стабильный элемент рассудительности, прагматизма, чтобы сглаживать углы, находить паллиативы, успокаивать эмоции и страсти, отыскивать компромиссы и в целом находить наиболее устойчивые, наилучшие в данных конкретных обстоятельствах решения. В целом в этом состоит подход к тому, что право должно по определению быть разумным», – сказал министр.

Глава Минюста также предложил свою формулировку этого принципа.

«Думаю, что принцип разумности можно раскрывать через стремление субъекта правопорядка к максимально безупречному участию в социальных взаимодействиях за счет рассудительности и рациональности решений и действий с использованием собственного опыта и общественного, которые в данном обществе принято рассматривать в качестве обязательного источника для сопоставления и анализа, соизмерения намерений с собственными возможностями и с внешними обстоятельствами, четкого представления всех ожидаемых при обычном развитии событий последствий тех или иных решений и действий, четкого осознания необходимых границ собственного поведения, своих прав и интересов, прав и интересов других лиц. При этом определение разумности для гражданского права, гражданского оборота может быть несколько более компактным. Его можно определить как стремление участника гражданского оборота при осуществлении принадлежащих ему прав и исполнении его обязанностей соизмерять свое поведение со здравым смыслом, общими представлениями об осторожности и предусмотрительности, экономической целесообразностью, правами и охраняемыми законом интересами других субъектов», – пояснил Александр Коновалов.

Кроме того, министр выделил наиболее важные, на его взгляд, проявления принципа разумности в российском правопорядке, а также предложил договориться о соотношении понятия разумности с категориями добросовестности и справедливости.

По его мнению, добросовестность охватывает понятия разумности и справедливости, которые, в свою очередь, являются ее аспектами. При этом он отметил, что это не просто слова – у каждого есть конкретное значение и принципы применения.

В ходе дискуссии также был затронут вопрос роли суда: является ли он только правоприменителем или же выполняет и законодательную функцию.

По этому поводу высказался директор Юридического института «М-Логос» Артем Карапетов.

Он считает, что справедливость, добросовестность и разумность – оценочные понятия, которые не вполне применимы в правовом поле и могут слишком вольно интерпретироваться судьями.

«Принципы добросовестности, разумности и справедливости не означают, что судья может решать “как захочет”, по интуиции. Судья – правотворец, он должен сформулировать норму, которую не дописал законодатель, он должен эту норму вывести из принципов разумности и справедливости. Необходимо, чтобы эти способы не превращались в способы не мотивировать судебные решения», – подчеркнул спикер.

Доцент кафедры гражданского права и процесса НИУ ВШЭ Ольга Мазур отметила, что разумность для субъектов спора может быть разным понятием, следовательно, в данном вопросе не хватает конкретики.

«Нам слишком рано на данном этапе выводить простой поведенческий стандарт при рассмотрении каждой конкретной ситуации, нам опасно пока что иметь дело с каким-то абстрактным человеком из автобуса, по которому мы будем мерить разумность.

Все-таки пока что мы должны ориентироваться на объем предполагаемого и фактического знания конкретного субъекта, на плечи которого ложится изначальная оценка требования разумности или добросовестности.

И пока мы не можем иметь дело просто с человеком из автобуса, давайте иметь дело с человеком из автобуса, следующим по конкретному маршруту. Пройдет 100 лет развития судебной практики, и судебные органы смогут вернуть тот пас, который им дал законодатель. Тогда, возможно, будет больше определенности в правовом регулировании», – сказала эксперт.

Петербургский международный юридический форум проходит с 14 по 18 мая в Восточном крыле Главного штаба Государственного Эрмитажа. Он проводится при поддержке Президента РФ и Министерства юстиции РФ.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *